Наукова бібліотека України

Останні надходження

Loading
ЗАЩИТА ДОКАЗАТЕЛЬСТВ И доказательная ПРОИЗВОДСТВО В УГОЛОВНОМ ПРОЦЕССЕ УКРАИНЫ
статті - Наукові публікації

Петр ПИДЮКОВ
кандидат юридических наук, доцент, проректор-начальник УНИ подготовки управленческого персонала ОВД Академии управления МВД, заслуженный юрист Украины

Яна КОНЮШЕНКО
преподаватель кафедры уголовно-правовых дисциплин и профилактики преступлений Академии управления МВД

Рассмотрена проблема противодействия установлению объективной истины в процессе доказывания. Предложено авторское определение противоправного воздействия в уголовном производстве.

Ключевые слова: доказательства, процесс доказывания, противоправное воздействие, истина, доказательная информация, мероприятия, защиту.

Рассмотрена проблема противодействия установления обьективной истиньи во время процесса доказьивания. Предложено авторское определение противоправного влияния в уголовном производстве.

Ключевьие слова: доказательства, процесс доказьивания, противоправ-ное влияние, истина, доказательная информация, мероприятия, защита.

The problem of counteraction to establishing the issue during the averment process is considered. The author's comprehension of the nonlegal influence in the criminal proceedings is proposed.

Keywords: evidence, averment process, nonlegal influence, truth, the information of proving, measures, defense.

В следственной и судебной практике уголовного судопроизводства встречаются факты, когда процесс доказывания происходит в условиях активного противодействия установлению объективной истины по уголовному делу или материалам проверки заявлений и сообщений о преступлениях со стороны определенного круга лиц, заинтересованных в желательном для них исходе ( избежать ответственности, оставить преступление нераскрытым т.д.). Такие случаи наиболее характерные для досудебного производства, однако нередко наблюдаются на других стадиях уголовного процесса. Причем такое противодействие может быть оказано как непосредственно со стороны лица, совершившего преступление, так и ее окружения, связей, со стороны преступной группировки, если это лицо касается входит в его состав. Зафиксированы такие случаи также со стороны сотрудников правоохранительных органов и даже властных структур.

Анализ практики показывает, что негативное влияние может осуществляться как непосредственно на следователя, лицо, производящее дознание, прокурора и судью, так и на круг их близких и знакомых, а также на других участников уголовного процесса (потерпевших, свидетелей, обвиняемых, их представителей и т.д.)..

Итак, в процессе доказывания на любом его этапе, стадии уголовного процесса нельзя не учитывать реальности возможного противостояния или активного противодействия. Поэтому весьма актуальным и неотложным является надежное вооружение субъектов доказывания современным арсеналом эффективных средств и методов их предотвращения и преодоления, создания и совершенствования системы защиты уголовно-процессуальной деятельности, которая происходит в процессе доказывания, и результатов такой деятельности.

Существенную роль в создании приемлемых условий для этого играют нормы процессуального закона, иных отраслей права, нормативно-правовые предписания, которые имеют межотраслевой или ведомственный характер. Их неуклонное совершенствование и оптимизация во многом зависят от уровня внимания к определенной проблеме со стороны ученых и практиков.

К сожалению, эта проблема еще не заинтересовала известных отечественных процессуалистов, недостаточно разрабатывается она и зарубежными учеными. Отдельные ее аспекты освещались в работах Бахин, Я. Кондратьева, В. Кузьмичева, С. Стаховская, В. Тертишники, В. Берназ, а также Р. Белкина, М. Уандера, А. Волынского, В. Иса-енка, В. Лаврова, А. Ларина, В. Карагодина, А. Маслова, В. Трухачо-ва и др..

Ученые по-разному трактуют сущность и содержание понятия неправомерного противодействия (воздействия) установлению объективной истины в уголовном процессе.

Так, по мнению А. Волынского и В. Лаврова, противоправное влияние на досудебное расследование следует рассматривать как совокупность противоправных и иных действий преступников и связанных с ними лиц, направленные помешать установлению истины правоохранительными органами в их деятельности по выявлению, раскрытия и расследования преступлений [1, с. 94].

С одной стороны, определение противоправного воздействия, приведенное авторами, якобы охватывается исключительно стадией предварительного расследования, как на это ими указывается. С другой - оно касается только послесудебной стадий уголовного процесса, поскольку лицо может быть признано «преступником» только приговором суда, вступившим в силу.

Полностью согласны с мнением С. Стаховская, который по этому поводу основания отмечал, что в этом определении сущности противоправного влияния не учтен юридическое содержание принципа презумпции невиновности, поэтому предлагал термин «преступников и связанных с ними лиц» заменить термин « заинтересованных лиц »[2, с. 144].

Наконец, в приведенном определении противоправного воздействия, направленного на то, чтобы помешать установлению истины правоохранительными органами в их деятельности по выявлению и раскрытию преступлений, не учтены первую стадию уголовного процесса, где факты такого противодействия, как свидетельствует статистика, не менее распространены. Поэтому в рамках тематики и содержания приведенной совместной работы А. Волынского и В. Лаврова более логичным было бы определять понятие противоправного влияния на досудебное производство в целом, а не только его часть, в которой противоправное влияние и противостояние с целью сокрытия преступления и изобличению лиц, что его совершили, приобретает новое значение и окраску. Мало удачным и термин «правоохранительными органами», поскольку перечень субъектов уголовного процесса, осуществляющих доказывание, доказывают обстоятельствапреступного события, устанавливают истину, выявляя и раскрывая преступления и т.д., является исчерпывающим и не подлежит расширительному толкованию.

Еще менее удачной позиция В. Карагодина, согласно которой под противоправным действием необходимо понимать умышленные действия (или система действий), целью которых является помешать выполнению задач предварительного расследования и установлению объективной истины по уголовному делу [3, с. 12].

Во-первых, такое определение достаточно поверхностным с точки зрения неопределенности субъектов и объектов противоправного воздействия.

Во-вторых, противостояние установлению объективной истины может происходить и в форме бездействия, пассивного поведения заинтересованных лиц, которая вредит или мешает установлению истины, достижению задач и целей уголовного судопроизводства (ст. 2 УПК Украины).

В-третьих, противоправное влияние на ход и результаты уголовно-процессуальной деятельности, в том числе в сфере доказывания, доведение объективной истины в уголовном деле (или материалах проверки заявлений и сообщений о преступлениях) не всегда может, а тем более должен быть преднамеренным. Например, работник органа досудебного расследования, пренебрегая требованиями по неразглашению сведений, составляющих следственную тайну, выдают соответствующую информацию в общении с коллегами, друзьями или знакомыми, которая затем попадает в заинтересованных лиц и используется ими в противоправных целях.

Итак, под противоправным действием в уголовном (в том числе доказательном) производстве следует понимать противоправное поведение заинтересованных лиц с целью помешать правосудию, достижению истины и задач уголовного судопроизводства.

Предотвращение, противостояния и нейтрализации такого воздействия должна обеспечивать комплекс мер, направленных на защиту материалов и результатов доказательного производства в уголовном процессе, с тем, чтобы не допустить использования некачественных или искривленных фактических данных и сведений при формировании доказательств, фальсификаций во время их проверки и оценки, ненадлежащего использования, создать условия для понимания даже бесперспективности противоправной деятельности заинтересованных лиц в этом направлении, заставить тем самым прекратить их противоправное влияние на органы предварительного расследования, судебные органы или других участников процесса.

Одним из эффективных мер защиты доказательственной информации и доказательств считается ограничение доступа к ним. В соответствии со ст. 121 УПК Украины, данные досудебного следствия можно объявить лишь с разрешения следователя или прокурора и в том объеме, в котором они признают это возможным.

При этом следователь в необходимых случаях предупредить свидетелей, потерпевшего, гражданского истца, гражданского ответчика, защитника, эксперта, специалиста, переводчика, понятых, а также других лиц, присутствующих при производстве следственных действий, об обязанности не разглашать без его разрешения данных предварительного следствия, за нарушение которого они несут уголовную ответственность по ст. 387 УК Украины.

На наш взгляд, законодатель КПК неоправданно ограничил сферу неразглашении данных только досудебным следствием. Это требование должно касаться любой стадии уголовного процесса и обеспечиваться не только следователем (или прокурором).

Итак, указанные нормы Уголовного и Уголовно-процессуального кодексов, на наш взгляд, требуют соответствующей доработки и совершенствования. Целесообразно также усилить ответственность за нарушение требований ст. 387 УК Украины, если разглашение данных уголовного судопроизводства (доказательного производства) привело к тяжелым последствиям (привлечение к уголовной ответственности невиновного лица, потерю или уничтожение доказательств или уголовного дела в целом и т.д.).

Сведения ограниченного доступа в уголовном судопроизводстве, в том числе доказательном производстве, можно разделить на два вида, как предложил А. Маслов [4, с. 81], для классификации сведений, составляющих следственную тайну:

Сведения, доступ к которым ограничен вообще, независимо от следователя, прокурора, лица, производящего дознание, или судьи, независимо от вида преступления. Этого рода сведения касаются любой информации, полученной в результате негласного оперативно-розыскного производства, следственных версий, тактики проверочных следственных или судебных действий, мер безопасности, применяемых в отношении субъектов и участников уголовно-процессуальной деятельности и т.д..

Сведения, разглашение которых возможно по усмотрению следователя или иного субъекта уголовного процесса, уполномоченного на принятие решений в материалах проверки сведений о преступлениях или в уголовном деле. Среди них могут быть разрешены для разглашения сведения о нарушении или прекращении уголовного дела, результаты отдельных процессуальных действий, личностные характеристики лица, совершившего преступление, и т.д..

Соглашаясь с В. Кузьмичев, который считает, что расширение границ гласности при осуществлении следственной деятельности является одним из полных и актуальных направлений демократизации и гуманизации этой деятельности [5, с. 11], все же считаем, что это может касаться только второго вида вышеуказанных сведений.

Неприемлемой в этом контексте позиция В. Трухачев, который утверждает, что вся информация по уголовному делу должно быть закрытой, поскольку она может активно использоваться заинтересованными лицами с целью сокрытия преступной деятельности и «дарить» им эту информацию, по меньшей мере, неразумно и недопустимо »[6, с. 183].

УПК Украины также защита доказательств и доказательственного производства, формулируя видповидни требования и предписания практически для всех и участников уголовного судопроизводства, соблюдение которых гарантируется установленной процессуальной форме.

Достаточно дискуссионной среди них является роль и место адвокатов и понятых, которые, имея соответствующие сведения, нередко используют их вопреки интересам правосудия.

По результатам проведенного нами анкетирования почти две трети (250) следователей ОВД уверены, что именно защитники, участвующих в уголовных делах, являются источниками, через которые происходит утечка информации ограниченного доступа, поступает к лицу, совершившему преступление, и ее окружения с целью дальнейшего использования с противоправными намерениями по их избежания уголовной ответственности и наказания за содеянное.

Прокурорские же работники (73 человека, или 90% опрошенных) убеждены, что это не вполне так, и отмечают, что наблюдательный практика свидетельствует о том, что причиной подобных случаев является ошибки самих следователей, или халатно выполняют свои обязанности , прямо или косвенно заинтересованы в таком поведении защитника, допущенного в уголовный процесс.

Личный практический опыт авторов этой статьи свидетельствует в пользу позиции работников прокуратуры.

Относительно понятых, в последнее время среди ученых и практиков все чаще звучат предложения ликвидировать этот институт. Сравнивается это с зарубежной практикой, где полицейские пользуются усиленной доверием, их показания имеют заранее установленную силу и, чтобы их опровергнуть, нужно как минимум три свидетеля, а институт понятых - это свидетельство недоверия к следователю, который может доказать свою правоту лишь при условии ее подтверждения показаниям понятых. Предлагается сузить до минимума перечень следственных действий с участием понятых, поскольку, кроме этого, они потом возможность разглашения информации ограниченного доступа заинтересованным лицам.

Например, известный российский ученый-криминалист Г. Белкин считал, что понятые должны участвовать только в проведении обыска. Но не с тем, чтобы не допустить нарушений закона следователем, а для того, чтобы предотвратить его обвинения в фальсификации доказательств, что он «что-то подбросил, а затем" обнаружил "это или спрятал изъятый ​​при обыске предмете, сделав отметку о изъято в протоколе »[7, с. 211].

По мнению Уандера и В. Исаенко, в присутствии понятых прежде заинтересован сам следователь, поскольку они обеспечивают сохранение полноценных доказательств, помогают опровергнуть утверждение, не соответствуют действительности, создают условия для эффективного прокурорского надзора [8, с. 4].

Поддерживая этих авторов, считаем, что институт понятых имеет право на существование и сохранение в уголовном процессе в будущем.

Этот институт известен процессуальному законодательству таких развитых стран, как Великобритания (свидетели, присутствовавшие при обыске по требованию обыскиваемого лица), США (незаинтересованные лица, заслуживающие доверия), Франции (свидетели, которые не находятся на связи с полицией ) и др..

Стоит перенять полезный зарубежный опыт, например, привлечение понятых по инициативе не только субъектов, но и других участников уголовного судопроизводства. Разрешить привлекать их к проведению определенных процессуальных действий в зависимости от желания и воли следователя, а не в силу законодательной регламентации ограниченного количества следственных действий. Разрешить использовать эту категорию участников уголовного процесса и в первой стадии во время проведения мероприятий и действий процессуального характера.

Сохранение в УПК Украины института понятых и его совершенствования с учетом внесенных предложений станет надежной гарантией в защите доказательственной информации в современном уголовном судопроизводстве Украины.

На наш взгляд, можно вполне согласиться с мнением С. Стахов-ского, что на современном этапе развития общества противодействие органам расследования и суда осуществляется активно и в достаточно агрессивных и жестоких проявлениях. В значительной степени это объясняется ростом преступности, которая приобретает более организованные формы. Преступные группировки прилагают все усилия, направленные на разрушение доказательной базы по уголовным делам, ее дискредитацию. В связи с этим особую актуальность приобретает проблема относительно уголовно-процессуальных средств защиты доказательств в ходе производства по уголовным делам. От того, насколько полно законодатель способен закрепить все возможные пути защиты доказательственной информации, зависит эффективность расследования преступной деятельности и, конечно, правосудия [9, с. 119].

Указанные пути защиты доказательственной информации и ее результатов по своему содержанию, основаниям, характером и формой их осуществления должны иметь как уголовно-процессуальный, так и оперативно-розыскной характер.

Меры уголовно-процессуального характера должны обеспечивать надежную защиту всего доказательственного производства в досудебных стадиях уголовного процесса. Заслуживает поддержки в этом ракурсе институт принудительного процессуального производства, предусмотренный Модельным УПК для государств-участников СНГ (ст. 188) [10], а также позиция В. Тертишники о необходимости предвидения в нормах доказательственного права санкций, содержали бы негативные последствия для тех , кто противодействует доказыванию и результатам этой деятельности [10, с. 92].

Мероприятия оперативно-розыскного характера следует осуществлять в пределах негласного производства, а также оперативного сопровождения соответствующими подразделениями процесса досудебного производства в порядке выполнения поручений его субъектов.

Детальный анализ механизмов реализации Указаних видов мероприятий является важной темой отдельного самостоятельного исследования представителей научных отраслей уголовного процесса и оперативно-розыскной деятельности.

Список литературы

Волынский А.Ф. Организационное противодействие раскрытие и расследованию преступлений и меры по его нейтрализации /Волынский А.Ф., Лавров В.П. - М., 1997. - 118 с.

Стаховский С. М. Теория и практика уголовно-процессуального доказывания: монография /Стаховский С. М. - 2005. - 272 с.

Карагодин В.Н. Преодоление противодействия предварительному расследованию /Карагодин В.Н. - Свердловск, 1992. - 127 с.

Маслов А. Е. Характеристика сведений, составляющих тайну предварительного расследования /А. Е. Маслов //Воронежские криминалистические чтения. - 2001. - Вып. 2. - С. 80-86.

Кузьмичев В.С. Следственная деятельность: сущность, принципы, криминалистические приемы и средства осуществления: автореф. дис. ... д-ра юрид. наук /С. Кузьмы-лодки. - М., 1996. - 36 с.

Трухачев В.В. преступной воздействие на доказательственную информацию /Трухачев В. В. - М., 2000. - 223 с.

Белкин Р.С. Криминалистика: проблемы сегодняшнего дня /Белкин Р.С. - М., 2001. - 264 с.

Вандер М. Объективизация доказательств по уголовным делам /М. Вандер, В. Исаенко //Законность. - 1996. - № 10. - С. 2-5.

Денежный Ю.М. Доказательства и доказывание в уголовном процессе: наук. - практ. пособие. /Денежный Ю.М., Стаховский С. М. - К.: КНТ, Издатель Фур-са С. Я., 2006. - 272 с.

Модельный Уголовно-процессуальный кодекс государств - участников СНГ //Приложение к «информационному бюллетеню». - 1996. - № 10. - 372 с.

Тертишник В. Проблемы развития процессуальной формы и гарантий правосудия /В. Тертишник //Право Украины. - 2001. - № 1. - С. 91-93.




Пошук по ключовим словам схожих робіт: