Наукова бібліотека України

Останні надходження

Loading
СОВРЕМЕННАЯ МИРОВАЯ ФИЛОСОФИЯ О ПЕРСПЕКТИВЫ ВОССТАНОВЛЕНИЯ гармоничное взаимодействие СОЦИОКУЛЬТУРНОГО И ПРИРОДНОГО КОМПОНЕНТОВ ЧЕЛОВЕЧЕСКОЙ СУЩНОСТИ
статті - Наукові публікації

Верменко Анатолий Юрьевич.
кандидат философских наук, доцент, доцент Национального университета биоресурсов и природопользования

Осуществлен критический анализ предлагаемых современной мировой философии консервативных и радикальных концепций восстановления гармоничного взаимодействия социокультурного и естественного компонентов человеческой сущности. Рассмотрены перспективы их применения для преодоления современного глобального кризиса цивилизации. Особое внимание обращено на мировоззренческо-мотивационный и Социоэкологический аспекты рассматриваемых проблем.

Ключевые слова: антитехнократизм, консерватизм, неоконсерватизм, ценностный консерватизм, этология, экологический радикализм.

The critical analysis of main conservative and radical philosophical concepts of harmonization of interaction between social, cultural and natural components of human essence is undertaken. The possibilities of such concepts use for solution of modern global crisis of civilization are reviewed. The special attention is applied to world outlook, motivations and social ecology aspects of reviewed problems.

Key words: antitechnocratism, conservatism, neo-conservatism, evaluative conservatism, ethology, ecological radicalism.

последнее время достаточно широкое распространение и значительное влияние в научно-философских, религиозных, художественных, общественно-политических кругах получило утверждение о необходимости осмысления глубинных духовно-мировоззренческих причин возникновения современного мирового кризиса. Одним из важных элементов стратегии преодоления этого кризиса, которая позволила бы человечеству перейти на принципиально новый путь развития, свободный от доминирования чрезмерного потребления, гиперконкуренции, разбалансированности различных измерений и составляющих человеческого существования, является восстановление гармоничного взаимодействия социокультурного и естественного компонентов человеческой сущности, возбужденного вследствие слишком быстрого и доминантного развития индустриально-экономической и научно-технической сфер человеческого сознания и жизнедеятельности. Именно это и предопределяет философско-культурологическую и общественно-политическую актуальность проведенной в данном исследовании попытки критического анализа мировоззренчески-мотивационного содержания социально-философских
и антропологических концепций основных консервативно и регрессивно ориентированных школ современной мировой, прежде всего европейской, философии.

Возникновение и обострение проблем во взаимодействии социокультурного и естественного компонентов человеческой сущности еще со времен индустриальной революции связывается со слишком быстрым и широкомасштабным, поэтому неконтролируемым и непредсказуемым, развитием технических орудий человеческой деятельности и технических систем как «второй природы», необходимость быстрого приспособления к которой подавляет и искажает социобиологической и традиционно-культурные основы человеческого бытия. Поскольку ориентация общественного сознания на продолжение именно такого направления развития получила название технократизма, то научно-философская критика этих тенденций может быть названа антитехнократизмом.

Одну из самых известных групп авторов современных антитехнократичних концепций составляют представители популяционно-демографической, или ограничительной, научно-философской школы, которые считают, что в первую очередь проблемы и конфликты в системе природа-личность-общество обусловлены конкуренцией между индивидами и социумами за материальные и нематериальные об объекты и средства удовлетворения их потребностей, которая все больше обостряется вследствие увеличения общей численности человечества и плотности населения большинства стран и регионов мира. К этому направлению могут быть зачислены, в частности, Д. Медоуз, Дж. Форрестер, Г. Хардин, П. Эрлих, Г. Одум, Э. Одум, Ж.-И. Кусто, М. Реймерс и др.. Некоторые из них выражает слишком радикальные идеи, предлагая, например, прекратить международную помощь беднейшим странам с целью уменьшения рождаемости в них. Однако критики таких программ отмечают, что демографические программы могут быть действительно эффективными только в случае их тесное согласование с программами кардинальных изменений индивидуальной и социального сознания и практики, прежде стабилизации и даже частичного уменьшения уровня материального производства и потребления, решения проблем минимизации и нейтрализации промышленных и бытовых отходов и вредных выбросов, уменьшение темпов и масштабов техногенной трансформации экосистем и т.д..

На фоне таких концепций значительно более реалистичными и одновременно гуманными выглядят идеи представителей западноевропейского консерватизма и неоконсерватизма, которые предлагают преодолеть негативные тенденции развития общества путем защиты, возрождения и подъема традиционных ценностей, прежде присущих культуре доиндустриальной эпохи - уважения к авторитетам, устоявшихся норм , религиозных и этических установок, их неуклонного соблюдения в повседневной жизнедеятельности. Выразители этих идей считают, что для преодоления технократизма следует прежде достичь доминирования в массовом и индивидуальном сознании представлений о невозможности, вредность, аморальность удовлетворения сиюминутных интересов в ущерб стратегическим, а также о преимуществе проверенных временем форм и средств практически-духовной активности над новыми, недавно изобретенными , об ограниченности сферы рационалистической, в частности научной, логики, и необходимость проверки, дополнения, коррекции результатов ее применения путем обращения в сферу подсознательного, прежде всего к тем ее элементам, которые сформированы многолетним влиянием устоявшихся форм поведения и ритуалов [3]. В частности, представители религиозной философии акцентируют обусловленности ухудшение экологически социокультурной ситуации надмирним эгоизмом и индивидуализмом, отсутствием или размытостью общепризнанных моральных норм и мировоззренческих ориентиров, содействии со стороны политиков, бизнесменов, деятелей культуры неограниченному и неоправданному росту материальных потребностей населения и его «масскультурных унификации» в ущерб истинной духовности и образованности, без которых невозможны самоконтроль и самоограничение .

Еще более интересными и продуктивным могут считаться взгляды таких представителей направления ценностного консерватизма и «этики ответственности», как К.-О. Апель, Г.-К. Кальтенбруннер, Х. Ленк, Г. Люббе, Г. Рормозер, Р. Шпаеман, Х. Йонас, В. Хьосле. Основой возникновения этого направления была констатация того факта, что научно-техническая революция и обусловленные ею радикальные изменения содержания индивидуальной деятельности и масштабов ее действительного и возможного влияния на жизнь всего человечества требуют согласованного и даже опережающего развития мировоззренческой, культурно-ценностной, нравственной сфер личности по сравнению с сферой ее сугубо профессиональных, технико-технологических и научно-рациональных знаний, умений, способностей.

Например, В. Хьосле предупреждает, что в глубинной кризиса культуры, сознания, а впоследствии и жизнедеятельности приводит дисбаланс между целевой и ценностной форме рациональности, между властью и мудростью, когда техническая рациональность развивается значительно быстрее, а другие формы, которые традиционно ассоциируют с мудростью, регрессируют. В. Хьосле провозглашает необходимость преодоления «болезни отделения части от целого», то есть человека от природы, а личности от культуры [7, 3-17, 109].

Неоконсерваторы считают, что ценности должны быть заданы «извне», путем неосознаваемого подражания традиции, а их оппоненты, представители «коммуникативной школы», - что ценности и нормы постоянно обновляются путем достижения нового консенсуса при равноправной коммуникации представителей всех частей человечества. Кроме того, К.-О. Апель провозглашает необходимость формирования и реализации общечеловеческой моральной ответственности за характер взаимодействия людей не только между собой, но и с окружающей средой, их ответственности не только перед будущим или вечностью, но и перед неповторимым, уникальным, скоротечным современным, а также замене господства ориентации на конкуренцию ориентацией на компромисс [6]. К.-О. Апель также отмечает, что поскольку современная цивилизационный кризис влияет на человечество глобальным образом, то «люди оказались перед задачей принятия солидарной ответственности за последствия их действий в планетарном масштабе», но ответственности, структурированной согласно интеллектуально-познавательных, технически производственных, политических возможностей различных социальных и региональных групп.

Х. Йонас предлагает кардинально «экологизировать этику», превратить принцип ответственности на ее центральную категорию, заменить или хотя бы дополнить разработанную Э. Блохом «эвристику надежды», которая призывает к созданию надлежащих условий жизни в будущем обществе, «эвристикой страха», которая сдерживала бы человека от безграничной экспансии, от уничтожения необходимых ей и ее потомкам природных и социокультурных ресурсов и систем в погоне за непрерывным материальным прогрессом, заставляла бы чаще довольствоваться уже имеющимися и проверенными историческим опытом условиями, формами, нормами жизнедеятельности [8, 3-7, 55, 64 ]. Х. Йонас даже считает возможным ограничить демократию, чтобы обеспечить «временном введении умеренности сверху» как альтернативы самоубийственный расточительству, поскольку значительная часть членов современного общества не в состоянии самостоятельно отказаться от получения и использования чрезмерно мощных, а потому далеких от требований бережливости, материальных сил и средств. Чрезвычайно важным является провозглашение Х. Йонасом и Н. Луманом необходимости преобразования «стратегии риска», которая была оправдана в доиндустриальный и индустриальный период, на «антиценность» постиндустриального общества, в котором в результате чрезвычайно ускоренных инновационных процессов ошибка в определении цели и средств-общественной, коллективной и даже индивидуальной деятельности может означать существенное ухудшение условий жизни и даже гибель миллионов людей, например, в случае искусственного создания и распространения опасных организмов с новым генотипом или изобретения, распространение, применение новых технологий воздействия на сознание и подсознание индивидов и коллективов.

Развивая изложенные выше соображения, можно сделать вывод о необходимости обеспечения, по аналогии с известными инженерными нормами безопасности, «многократного запаса прочности» и «многоуровневой защиты» во взаимоотношениях цивилизации с биосферой, который мог бы компенсировать последствия любого сознательного или бессознательного разрушительного воздействия человека на собственную и окружающую природу, а также свести к минимуму вероятность и масштабы таких воздействий, поскольку отказывать субъектам действия в «праве на ошибку» теоретически и практически невозможно. «Запас прочности» должен, очевидно, включать в себя достаточное (в пределах всей планеты и ее отдельных регионов) количество неокультах-ренных ландшафтов каждого типа популяций каждого вида, не используемых природных ресурсов и компенсаторно-адаптивных возможностей и механизмов биосферы и т.п. . «Многоуровневая защита» должен существовать как в структуре коллективной и индивидуальной жизнедеятельности и сознания в целом, так и в пределах каждого из ее компонентов. В частности, в мировоззренчески-мотивационной сфере личности и их объединений н?? Димо обеспечить сбалансированность трансформационных и охранных, прогрессивных и консервативных ориентаций основных мировоззренчески-мотивационных программ человеческой деятельности.

Представители следующего, так называемого этологического, направления антитехнократизму главной причиной экологически социокультурного кризиса считают разбалансированность человеческого поведения, в отличие от животных, вследствие ее недостаточной урегулированности инстинктами, сферой подсознательного, которую современная цивилизация все жестоко подавляет и даже разрушает. Правда, между взглядами этих исследователей есть существенные различия. Некоторые из них считают, по примеру древнекитайских легистов, что в человеческих наклонах по природе преобладают деструктивные, и поэтому подсознание толкать человечество к гибели, если ее не будет трансформирован с помощью системы воспитательных воздействий, постоянно направлять индивидов и коллективы к преодолению «звериных импульсов» в отношениях между собой и с природными системами. Крайне пессимистические прогнозы высказывают сторонники теории «социальной дезадаптации» Р.Дюбо, Е.Гюан, А.Дюселор, П.Делор, Е.Майшин, которые считают, что НТП обусловил полное расторжение взаимосвязи между природой и человеком, которое почти невозможно преодолеть и которое толкает человечество к деградации и гибели. В противоположность указанным авторам, один из самых авторитетных этологов К.Лоренц, признавая чрезмерную и слабо ограниченную агрессивность человеческого рода по своим представителям и окружающей среды, все же считает необходимым и возможным оптимизацию социокультурной и социоэкологической ситуации путем преодоления замены репрессивно-трансформирующего отношение к собственной и окружающей природы на изучающее-следуя. В частности, К. Лоренц предлагает рассматривать и контролировать человеческое поведение по аналогии с животной, предварительно установив и тщательно исследовав те ее загальнородови и даже общебиологические основы, развитие и проявление которых позволит восстановить «экосистемную встроенность» индивидов и социумов [1].

Не менее интересными и поучительными являются рассуждения по этому поводу Ф.Сен-Марка, который предлагает как можно скорее заменить современную «экономику противоречий и грабежа» в системе биосфера - личность - общество на стратегию «социализации природного пространства ... гарантирующую всем право на природе »[4, 365]. Основой этой стратегии должна быть гуманизация и экологизация потребностей и ценностей, которая позволит вместо односторонней ориентации на накопление и потребление материальных объектов сформировать гармонию материальных и духовных измерений благосостояния, главными критериями которого следует признать субъективный уровень коллективной удовлетворенности состоянием экологически социокультурной среды существования и объективные параметры этого состояния [4, 27-28, 51].

Указанные представления разделяют также Е.Екхольм, Ж.М.Пельт, П.Ерлих, Б.Коммонера, которые считают жизненно необходимым отказаться от тотального соревнования по обогащению, престиж и влияние и построить новый тип цивилизации, основанный на органическом сочетании экономических и экологических измерений, направлений, регуляторов индивидуальной и коллективной жизнедеятельности, на солидарности и взаимопомощи, а не на конкуренции, как решающем принципе взаимоотношений между различными компонентами человечества и каждого из обществ.

Похожие, но значительно более радикальные взгляды выражают такие исследователи, как М. Альбер, Ж. Фернье, Д. Хорафас, Г. Рид, Э. ЕТТЕ, Р. Уоллер, М. Никольсон, Г. Ильич, «новые левые »Г. Маркузе, Т. Адорно, П. Гудман, Э. Фромм,« экологические радикалы »Т. Розак ​​и Ч. Рейч, которые призывают не только признать вредным и опасным господства прагматизма, техницизма, сциентизма, но и полностью отказаться от современной культуры, сформированной на базе этих принципов, и вернуться к исконно-первоначальной гармонии с внутренней человеческой природой и биосферой, которую они эт 'связывают с мифологией, религией, магией, доиндустриальным и даже христианским или допатрирархальним образом жизни [5, 245].

Однако такие радикальные программы не могут быть признаны реалистичными, если рассмотреть исторические последствия их реализации с позиций теории наличии загальнородових человеческих потребностей, относительно неизменная сущность которых определяет границы трансформаций содержания и направления индивидуальных и групповых мотивов человеческой активности, и направленности человеческой активности на взаем согласованное удовлетворение всего комплекса этих базово-родовых человеческих потребностей (А.Маслоу, П.В.Симонов и др.).. «Общество без городов, банков, заводов и университетов» стремились построить не только непрактичны романтики вроде западноевропейских молодежных бунтарей-диггеров ХХ в. или российских «толстовцев» XIX в., но и различные группы хорошо организованных религиозных сектантов, даже дисциплинированные до автоматизма, решительные и безжалостные до изуверской жестокости «красных кхмеров» в Камбодже. Результат всегда был один: регресс и деградация общества, личности, культуры, морали. Успеха достигали лишь те, кто смог несколько изменить свои взгляды и приспособиться к более или менее гармоничного и бесконфликтного сосуществования с современной цивилизацией, например, мормоны в Северной Америке или православные староверы.

Главная причина таких неоднократных неудач заключается, очевидно, в том, что действия представителей экологического радикализма приводят к значительному и длительному снижению уровня удовлетворения комплекса не только вторично-индивидуальных, но и базово-родовых потребностей личностей и их объединений разного уровня и типа (прежде биологично-поздравительных и социально-коммуникативных). Ведь «назад к природе» - призывы утопические хотя бы потому, что возвращение к практике традиционного природопользования доиндустриального, а тем более доаграрного периода требует уменьшения плотности, а следовательно и численности, человеческих популяций на несколько порядков. Поэтому, в результате действия закона ориентированности человеческой активности на улучшение обеспечения потребностей ее субъектов, с течением времени все большая часть индивидов и коллективов начинает активно и (или) пассивно, сознательно и подсознательно противодействовать регрессивным изменениям и ограничениям, и это приводит к деградации и исчезновения искусственно созданного социума.

Интересным и поучительным примером эволюции от радикального до умеренного варианта концепций восстановления гармонии между социокультурным и естественным компонентом человеческой сущности может быть история деятельности Римского клуба - международной неправительственной организации, созданной в 1968 г., в которой объединились ведущие ученые из разных стран и областей науки, чтобы способствовать созданию и реализации принципиально новой, экологически и социокультурной оптимальной стратегии жизнедеятельности и развития человечества в современных условиях. В первом докладе Римскому клубу - «Пределы роста», 1972, Д.Медоуза, Дж.Форрестер и др.. - Было предложено установить глобальную равновесие между природой и обществом, между различными сферами и аспектами жизнедеятельности и развития цивилизации и личности, в частности достичь «нулевого роста» производства и численности населения Земли, чтобы отвлечь самоуничтожения человечества. Однако уже во втором докладе - «Человечество на грани возвращения», 1974, М.Месарович, Е.Пестель - на смену предыдущей концепции была предложена стратегия «органического роста» человечества, сбалансированного и корректированного подобно развития живых организмов, с учи-нием специфики каждого региона планеты, на основе перехода к новому образу жизни, высшими ценностями которого будут не конкурентно-экономические, а экологические и культурные. Одним из главных факторов изменения характера развития человечества здесь считался влияние системы образования, которая должна быть в корне трансформирована в направлении ее экологизации, гуманизации, предпочтение общечеловеческим культурным и нравственным ценностям. Впоследствии выдвинутые идеи были творчески разработаны в третьем докладе Я.Тинбергена и др.. «Перестройка международного порядка», четвертой докладе Д.Габора и др.. «За пределами эры расточительства», пять - Е.Ласло и др.. «Цель для человечества», семь - Дж.Боткина, М.Ельманджра, М.Малици «Нет границ образовании», девять - О.Джириани «Диалог о богатстве и благосостоянии», десять - Б.Гаврилишин и др.. «Маршруты будущее» и т.д.

Особого внимания в контексте общей проблематики этой статьи заслуживают работы одного из основателей и руководителей Римского клуба Аурелио Печчеи «Человеческие качества» и «Сто страниц для будущего». А.Печчеи считал, что не менее важным, чем определение и соблюдение «внешних границ», т.е. способности биосферы Земли и каждого из ее регионов выдерживать давление производственно-трансформирующих и потребительских антропогенных воздействий, является изучение и учет «внутренних границ», то есть физических, интеллектуальных, морально-волевых, сенсорно-эмоциональных адаптационных возможностей человека, что позволит предотвратить слишком сильным и (или) длительным перенапряжением и стрессам, которые разрушают биологические и социокультурные компоненты человеческой сущности [2, 272-273]. Следовательно, необходимым и неотложной задачей является превращение культуры на главный принцип и средство настоящего прогресса - осуществление «человеческой революции», которая обеспечит отношение к человеку как к абсолютной ценности и цели, а не как к средству, признание необходимости и желательности полного развития и реализации всех способностей и потребностей каждой личности в условиях ее «симбиоза» с социально-экологической средой. И одним из главных элементов такой стратегии цивилизационных трансформаций предлагалось признать сохранение общечеловеческого культурного наследия как системы фундаментальных ценностей и стимулов деятельности, защита ее от вандализма, запустения, расписания, чрезмерной коммерциализации и стандартизации.

Завершить осуществлен в этой статье анализ главных концепций восстановления гармоничного взаимодействия социокультурного и естественного компонентов человеческой сущности, предлагаемых современной мировой, прежде всего европейской, философией, автор считает возможным следующим выводам. Научно-рационалистическое и индустриально-техническое отношение к окружающей реальности и к самим себе является для личности и общества одной из важнейших форм самосовершенствования и самореализации всех компонентов их двойной биологически социокультурной сущности. Однако эта форма хоть и необходимое, но не самодостаточная; распространенная, но не всегда оптимальна, частично-сущностная, а не исчерпывает всей сущности человека и человечества. Она, хотя и направляется собственными законами и потребностями, должна быть одновременно подчинена сложном и многомерном комплекса личностных, этнических, конкретно-исторических и общечеловеческих моральных норм, культурных эталонов, мировоззренчески-ценностных ориентиров, вторично-индивидуальных и первично общечеловеческих потребностей.

И одним из главных принципов программы восстановления гармоничного взаимодействия социокультурного и естественного компонентов человеческой сущности можно считать формирование в мировоззренчески-мотивационной сфере личности и общества устойчивой и способной к активному и систематического выявления ориентации на взаемоузгоджений развитие различных аспектов их сущности и сфер жизнедеятельности при одновременном обеспечении приоритета социально-коммуникативных и духовно-идеальных потребностей над потребительско-материальными, в частности на основе учета предложений консервативно и регрессивно ориентированных социально-философских и антропологических школ.

Литература

Лоренц К. Восемь смертных грехов цивилизованного человечества /К. Лоренц //Знание - сила. - 1991. - № 1. - С. 24-36.

Печчеи А. Человеческие качества /А. Печчеи. - М.: Прогресс, 1980. - 302 с.

Росситер Р. Консерватизм /Р. Росситер //США: Консервативная волна. - М.: Наука, 1984. - С. 36-43.

Сен-Марк Ф. Социализация природы /Ф. Сен-Марк. - М.: Прогресс, 1977. - 435 с.

Социально-философские проблемы экологии /[И.В.Огородник, Н.Н.Киселёв, В.С.Крисаченко, И.П.Стогний; Под ред. И.В.Огородника] - М.: Высшая школа, 1989. - 271 с.

Apel K.-O. Die Situation des Menschen als Ethisches Problem /K.-O. Apel //Der Mensch und die Wissenschaften vom Menschen. - Innsbruk: Folio, 1983. - S.13-31.

Hosle W. Die Krise der Gegenwart und Verantwortung der Philosophie /W. Hosle. - Munchen: Pipper, 1990. - 230 s.

Jonas P. Prinzip Verantwortung. Versuch einer Ethik fur die technologische Zivilisation. /P. Jonas. - Frankfurt a. M.: Springer, 1984. - 215 s.




Пошук по ключовим словам схожих робіт: