Наукова бібліотека України

Останні надходження

Loading
ОСОБЕННОСТИ государственно-церковных отношений на Житомирщине в КОНТЕКСТЕ РЕЛИГИОЗНО ОБЩЕСТВЕННЫХ ИЗМЕНЕНИЙ КОНЦЕ "ПЕРЕСТРОЙКИ" (1989-1991 ГГ.)
статті - Наукові публікації

Л. А. Панина - учитель Великоомельянськои школы Ровенской области

В статье осуществлен анализ государственно-церковных отношений на Житомирщине в период "перестройки". Показано, что местные органы власти тенденциозно подходили к проблеме решения религиозных вопросов. Однако в течение 1989-1991 гг религиозная ситуация в области претерпела кардинальные изменения.

Ключевые слова: Житомирская область, государственно-церковные отношения, религиозно-общественные изменения.

Панина Л.А. Особенности государственно-церковных отношений на Житомирщине в контексте религиозно-общественных перемен в конце "перестройки" (1989-1991 гг.). В статье осуществлен анализ государственно церковных отношений на Житомирщине в период "перестройки". Показано, что местные органы власти тенденциозный подходили к проблеме решения религиозных вопросов. Однако на протЯжении 1989-1991 гг. религиозная ситуация в области испытала кардинальные изменения.

Ключевые слова: Житомирская область, государственно церковные отношения, религиозно общественные изменения.

Panina L. A. Features State-Church in Zhvtomvr Region in the Context of Religious and Social Changes at

the End of "Re-erecting" (1989-1991). In the article an analysis is carried out state church relations on Zhytomyr region in the period of "re-erecting". It is rotined that local authorities tendentious went near the problem of decision of religious questions. However during 1989-1991 a religious situation in an area tested cardinal changes.

Key words: Zhytomyr region, state church relations, religiously public changes.

Постановка научной проблемы и ее значение. В сфере общественно-религиозной жизни Украины отдельные проблемы выходят за рамки межконфессиональных и межцерковных отношений, а приобретают политический характер, что актуализирует выбранную для исследования тему. Изучение исторического опыта государственно-церковных отношений будет способствовать поиску путей по преодолению или минимизации конфликта-генного потенциала между субъектами противостояния, а также поможет выработать более эффективную модель в построении отношений между органами власти и религиозными организациями. Учитывая это, предложенная тема имеет отчетливо практическое значение.

Анализ последних исследований по теме. В отечественной и зарубежной историографии проблематика государственно-церковных отношений решается на должном уровне - освещается в монографической литературе, диссертационных работах, научных статьях профессиональных и других изданий. Однако работы, посвященные различным аспектам проблемы, раскрывают характер государственно-церковных отношений в целом во всеукраинском и европейском контекстах. Но региональные особенности этих отношений, к сожалению, остаются без должного внимания ученых. Очевидно, что выяснения особенностей и выявление специфики государственно-церковных отношений на региональном уровне позволит углубить выводы в фундаментальных исследованиях.

Государственно-церковные отношения на Житомирщине в период "перестройки" еще не изучались и в историко-религиоведческой литературе не отражены. Поэтому задачей статьи является осуществление такого анализа на основе обработки и привлечение архивных документов и материалов, в значительной мере восполнит пробел в разработке тем по историческому краеведению.

По мере развития горбачевских реформ характер партийно-государственной церковной политики постепенно меняется. Все становится более очевидным, что тогдашняя модель государственно-церковных отношений несовместима с провозглашенным курсом "демократизации всех сторон жизни советского общества". Во время визита в Польшу 1988 М. Горбачев едва ли не впервые вынужден был признать ошибки советского руководства в отношении к религии и церкви. Серьезным шагом в изменении советской церковной политики стала встреча Горбачева с патриархом Пименом и членами Священного Синода РПЦ накануне 1000-летнего юбилея крещения Руси. По определению В. Еленского контекст этой встречи вполне реально отразил достигнутый обществом уровень продвижения реформ, а также борьбу сторонников и противников изменений в горбачевскому Политбюро [7, 78]. "Пригласив церковь принять участие в работе над улучшением общественной морали, - замечает В. Еленский, - Горбачев нанес еще один удар по ортодоксов и открыл, по сути дела, путь для возвращения церкви в общество как полноправного института" [7, 48].

Место и задача церкви в обществе конкретизировались в речи главы правительства СССР Н. Рыжкова перед участниками заседания Центрального комитета Всемирного совета церквей 21 июля 1989 Церкви направлены на участие в обновлении общества, милосердницьку, благотворительную, природно-и памятников, миротворческую деятельность, а также на борьбу против националистических проявлений [11].

Либерализация церковной политики и расширения религиозных свобод в идеологическом смысле пропагандировались коммунистической номенклатурой как возвращение к "ленинским принципам", о чем партийно-государственное руководство разных уровней не забывало говорить при каждой встрече с духовенством. Комментируя встречу епископа Житомирского и Овручского Ивана с председателем исполкома областного совета народных депутатов В. М. Ямчинським в начале празднования 1000-летия крещения Руси в Житомире (27 июля), местная советская пресса отмечала, что во время их разговора особое внимание было обращено на " восстановление ленинских принципов отношения к религии, церкви, верующих "[12]. Впрочем, пропаганда "ленинских принципов" ничего не означало и собственно ни к чему не обязывало. Поскольку религиозные убеждения считались своевольным нарушением коммунистической идеи, идеологический аппарат и в дальнейшем проводил антирелигиозную кампанию. Согласно новой политической линией предполагалось только обновления этого стратегического курса, введениетаких форм и методов работы, которые и отвечали реалиям общественного развития. В материалах пленума Житомирского обкома комсомола 1988 г., в частности, отмечалось: "Понятно, что атеистическая работа - это не легкое поле деятельности, где не обойтись без терпения и такта, чтобы, наконец, привлечь человека к полноценной жизни. К сожалению, часто она сводится к «карательных» мер комитета комсомола "[5].

На Житомирщине в течение 1987-1989 гг отношение власти к религиозным организациям не претерпело заметных изменений. Известно, что В. Щербицкий, возглавлявший компартию Украины с 1972 по 1989 гг занимал в религиозной вопрос ортодоксальную позицию. Партийный аппарат республики пытался блокировать большинство кремлевских новаций и уступал только прямым указаниям союзного руководства. Характер государственно-церковных отношений в области четко прослеживается на примере промедления местными органами власти в решении вопроса о передаче православным нескольких культовых сооружений.

Так, в течение 1987-1988 гг епископ Иван неоднократно обращался к местным властям с просьбой вернуть церкви полуразрушенный бывший Успенский храм, находится на территории епархиального управления и использовалось Госархивом для "хранения" архивных дел. Изначально аппарат уполномоченного пытался убедить епископа, требовать помещения площадью 342 кв. м для создания домовой церкви неправомерно. После очередного обращения в горисполком в марте 1988 г. заместитель председателя горисполкома Т. Олейник объяснила владыке, что выполнить его просьбу невозможно из-за отсутствия в городе пригодного для архива помещения. Несмотря на заявления и жалобы от православных верующих, власть не давала конкретного ответа относительно будущего Успенского храма: планировалось решить функциональное назначение церкви после разработки технической документации для строительства парка в честь 1100-летия Житомира т.д. [6, 123]. Против открытия Овручского монастыря категорически выступал Овручский райисполком, который аргументировал тем, что "советская власть не открывает монастыри, не хватает помещений для школ и детских садов, что этот вопрос может решить только Москва" [6, 167]. Впрочем, в Москве вопрос открытия Овручского монастыря решился не сразу - нужно было пройти сложную бюрократическую процедуру. Получив просьбу епископа Иоанна, патриарх Пимен обратился с ходатайством в Совет по делам религий при Совете Министров СССР. Но последняя предложила, чтобы епархиальный архиерей согласовал этот вопрос с экзархом Украины митрополитом Филаретом и органами местной власти и лично обратился в Совет по делам религий при Совете Министров УССР. Поэтому вопрос об открытии Овручского монастыря решался почти три года [6, 166-167]. Промедление регистрации Городницкого монастыря в Новоград-Волынском районе заставили настоятеля местного храма прибегнуть к угрозам. Он неоднократно предупреждал органы власти, в случае отказа регистрации, монашеская община перейдет вместе с ним к юрисдикции Зарубежной Русской православной церкви, отдельные приходы которой уже возникли в Суздале, Севастополе, Красноярске и других городах СССР. По этому поводу уполномоченный Совета по делам религий при Совете Министров УССР в письме в Совет по делам религий при Совете Министров СССР писал, что проверка подтвердила факт налаживания тесных контактов настоятеля Городницкого церкви с настоятелем Суздальской общины ЗРПЦ, поэтому этот вопрос требует осмотрительности учитывая ситуацию , а монашескую общину предлагалось зарегистрировать [6, 169].

В 1989 г. местные органы власти уклонялись от решения вопроса о передаче верующим автономной зарегистрированной общины ЕХБ в Житомире, которые требовали передачи им помещение бывшей лютеранской кирхи, где был спортивный клуб "Динамо". Руководству общины ЕХБ рекомендовали построить новый молитвенный дом, расширить площадь имеющегося, но передать бывшую культовое сооружение отказались [3, л. 72]. Аналогично сложилась ситуация в Бердичеве, когда католическая община требовала возвращения им здание бывшего костела Св. Варвары, в котором размещался детский спортивный комплекс. Медля в положительном решении вопроса, аппарат Совета по делам религий в Житомирской области также предложил общине расширить помещение действующего костела [3, л. 72].

Конечно, в тех случаях, когда культовые сооружения использовались различными образовательными учреждениями, культпросвитнимы или спортивными организациями, промедление власти в передаче их религиозным общинам обусловлено и объективным причинам - отсутствием пригодных для срочного "переселение" помещения, процедуре оформления необходимой документации ( инстанционного решений) и т.д.. Вместе с тем, этот объективный фактор служил властям удобным основанием для промедления в положительном решении того или иного вопроса, особенно, когда речь шла о передаче верующим бывших культовых сооружений. С другой стороны, власть не могла полностью игнорировать фактор нарастания религиозной активности, увеличение количества жалоб и заявлений, поступающих от верующих в центральные органы власти, облисполкомов, горисполкомов, аппарата уполномоченного Совета по делам религий. За 1988-1989 гг от верующих разных конфессий области поступило 206 жалоб и заявлений, 82 из которых были повторными.

В подавляющем большинстве (77%) заявлений поднимался вопрос о регистрации общин: православных из 49 населенных пунктов, католиков - с 19 ЕХБ - с 1, пятидесятников - с 2 [3, л. 72]. И этого количества в 1989 г. было зарегистрировано 42 общины, а 9 делс положительным заключением гор (рай) вы-конкомив находились на рассмотрении в Совете по делам религий [3, л. 72]. Однако положительное решение о регистрации общин органами власти низшего уровня еще не означало окончательного решения вопроса. Так, из 90 заявлений, поступивших в течение 1988-1989 гг с 42 населенных пунктов области к аппарату по делам религий, довольно только 15. В марте 1989 г. на рассмотрение облисполкома было передано 11 дел с положительными выводами райисполкомов, но разрешение на регистрацию облисполком дал п 'пятерым [2, л. 40]. Относительно передачи верующим бывших культовых сооружений ситуация была такой. В 1989 г. органы власти передали верующим в пользование 29 культовых сооружений: 21 - православным, семь - католикам, одну - ЕХБ. А 139 помещений культовых сооружений все еще использовались не по назначению. Из них 12 стали непригодными и не подлежали восстановлению, 34 - использовали под склады и другие хозяйственные нужды [2, л. 42].

Реакция верующих на факты промедления органов власти в решении вопросов регистрации общин и передачи им культовых сооружений в 1989 г. уже не ограничивалась жалобами или заявлениями, а проявлялась также в радикальных формах протеста, угроз, игнорирование властных решений и т.п.. Так, в селах Дави-девушка Володарск-Волынского, Болотница Народичского и Великие Мошки Овручского районов верующие самовольно заняли бывшие культовые помещения, отремонтировали их и начали искать священнослужителей. А в селах Давыдовка Володарск-Волынского и Дидковичи Коростенского районов решение об открытии церквей были приняты на сельском собрании [2, л. 41]. Верующие села Прутовка Дзержинского района угрожали голодовкой в ​​случае отрицательного решения их вопроса о регистрации и возвращении культового сооружения [2, л. 41]. Основатели новой общины в Новограде-Волынском предупредили горисполком, что в случае отрицательного решения они будут жаловаться в ООН. Один священник РПЦ с Коростеня угрожал органам местной власти устроить "маленький Карабах", если получит отказ в просьбе расширить помещение церкви [2, л. 42]. Сдержать активность верующих старыми методами, в частности разъяснением законодательства о культах, органам власти уже не удавалось. Обычно, в 1989 г. во время организованных с этой целью встреч с представителями аппарата уполномоченного или гор (рай) исполкома, верующие угрожали бойкотировать выборы в народные депутаты СССР и местные советы [2, л. 41].

Учитывая религиозную ситуацию, которая складывалась в области и постепенно выходила из-под контроля власти, аппарат уполномоченного просил обком Коммунистической партии оказать поддержку в мероприятиях по борьбе против "религиозного фанатизма и экстремизма" [2, л. 41]. "При первых попытках притязания создания религиозных общин (сбор подписей, денежных пожертвований, поиск помещения для молитвенного дома) усилить индивидуальную разъяснительную работу, создавая атмосферу нетерпимости вокруг религиозных фанатиков", - отмечалось в докладной записке уполномоченного Совета по делам религии в Житомирской области [ 2, л. 44]. В отдельных случаях властям удавалось привлечь к ответственности нарушителей советского законодательства о культах: например, в 1989 г. было выведено два человека из состава виконоргану православной общины, предупреждены нескольких человек из разных конфессий за обучение детей религии, проведение богослужений вне молитвенным домом, организацию несанкционированного митинга , трижды оштрафован одного активиста старообрядческой общины [3, л. 71]. Однако такие меры власти не меняли ситуации.

Развертывание процесса национально-освободительного движения, неотъемлемой 'емкой частью которого была борьба за легализацию Украинской греко-католической церкви и автокефалии, либерализация церковной политики в Москве и давление реформистских сил поставили компартийную власть в Украине перед необходимостью занять более гибкую позицию в религиозном вопросе - предоставить церкви большей свободы, возможностей институтов, миссионерской работы, отказаться от большинства форм антирелигиозной пропаганды прошлых лет. В ноябре 1990 г. пленум ЦК Компартии Украины принял резолюцию "Об отношении ЦК Компартии Украины к религии, церкви, верующих, к использованию межцерковных конфликтов в политических целях", где предпринята попытка пересмотреть наиболее одиозные элементы партийно-государственной политики в религиозной сфере. В резолюции осуждалась тоталитарист-ская практика административного вмешательства в решение дел религиозных организаций, ограничения прав верующих, преследование за религиозные убеждения. Вместе с тем, с целью достичь розсепару ния религиозного и национального движений и не допустить возрождения национальных церквей резолюция одновременно направлена ​​против политических оппонентов Коммунистической партии, прежде Руха и УРП, на которых возлагалась ответственность за разжигание вражды на религиозной почве. В резолюции осуждался также связь религии с антикоммунизмом и национализмом [10].

Общественно-политический процесс второй половины 1980-х гг обусловил необходимость пересмотра законодательства в отношении религиозных организаций. Первым шагом в формировании новых государственно-церковных отношений стала отмена в январе 1988 одиозной инструкции "О применении законодательства о религиозных культах" (1961 г.), которая, помимо прочего, прямо запрещала регистрацию "антиобщественных сект" - свидетелей Иеговы, адвентистов- реформистов, п 'пятидесятников и других общин религиозного подполья. Уже в начале 1989 г. на Западе были обнародованы два проекта нового закона о своих?? Оду совести, подготовленные Советом по делам религий и государственной юридической комиссией по разработке нового закона, а в июле 1990 г. проект закона "О свободе совести и религиозных организациях" появился также на страницах "Известий" и других периодических изданий. Закон СССР "О свободе совести и религиозных организациях" был принят Постановлением Верховного Совета СССР от 1 октября 1990 [9]. Союзный закон, несмотря на все его недостатки и критические оценки [8], был, конечно, победой реформаторов над ортодоксами. "Но те погрешности, которые он в себе содержал, - замечает Еленский, - не успели произвести сколько-нибудь значительного влияния на государственно-церковные отношения и религиозную ситуацию вообще - принятие парламентами союзных республик деклараций о суверенитете и превосходство республиканских законов над союзным, а затем и независимости составляющих бывшего СССР, перенесли центр проблемы в новопоставленных государства "[7, 84].

Парламент Украины впервые обсудил проект закона "О свободе совести и религиозных организациях" 21 марта 1991 Проект уравнивал священнослужителей и лиц, работающих в религиозных организациях на выборных должностях, с рабочими и служащими государственных учреждений и предприятий в налогообложении. На слушателей духовных учебных заведений (семинарий и академий) распространялись льготы, которыми пользовались студенты государственных вузов в части отсрочки от призыва в армию. Существенно расширялись права религиозных организаций (религиозных общин, центров, управлений, монастырей, церковных братств, миссионерских обществ, духовных учебных заведений). Они получали статус юридического лица, право собственности, право открывать различные пункты, школы, центры по религиозного просвещения населения, в том числе детей, право учреждать предприятия по изготовлению религиозной символики и издание литературы, благотворительные учреждения, содержать места паломничества; импортировать и экспортировать предметы культа , участвовать в общественной жизни; наравне с общественными организациями пользоваться не только собственными, но и государственными средствами массовой информации. При обсуждении предлагалось снять многие барьеры и право ограничения в направлении упрощения процедуры регистрации религиозных организаций, определить функции государственного органа по делам религий, механизмы решения межконфессиональных споров и имущественных претензий. В общем, в отличие от союзного закона, в 32 статьях законопроекта было помещено 58 новых положений [7, 85].

Очередное обсуждение редакции произошло 23 апреля 1991 и сопровождалось довольно острой дискуссией: депутаты сомневались потребность отделения церкви от государства, возможность для священнослужителей участвовать в политической жизни, право обучения религии, целесообразность существования Совета по делам религий. Наконец, после длительных дискуссий, в Украине, в отличие от Российской Федерации, Совет по делам религий было сохранено. Вниманию бралась сложная религиозная ситуация и необходимость решения большого количества дел, возникающих на почве межконфессиональных и межцерковных отношений, потребность в компетентной экспертизе уставов религиозных организаций и практики их деятельности [7, 86].

Хотя принятый тогда закон "О свободе совести и религиозных организациях" был расценен общественностью как большой шаг вперед на пути к настоящей свободе совести и нормализации государственно-церковных отношений, все же он содержал пороки, не давали возможности эффективно решать все острые проблемы, которые ежедневно возникали на религиозной почве. Кроме того, до принятия нового законодательства украинские органы власти вынуждены были действовать в несколько экстремальных условиях - фактически без четкой программы действий.

С среди других особенно важной для религиозной жизни 1989-1991 гг проблемой, которая требовала правового урегулирования, была проблема определения статуса иностранного духовенства. В Житомирской области в целом, в течение каждого года увеличивалось количество приезжих миссионеров - епископов и ксендзов из Польши, пасторов баптистских и пятидесятнических церквей из США, Швеции, Германии и других стран. Преимущественно они приезжали как частные лица к своим родственникам или знакомым, что согласно советскому законодательству не давало им права совершать богослужения. Но в 1990-1991 гг аппарат уполномоченного уже не мог ограничивать сферу их деятельности. Применение к ним положений старого законодательства вызвало волну протестов, от верующих поступали жалобы в вышестоящие инстанции о незаконных действиях местных органов власти. Поэтому Совет по делам религий при Совете Министров УССР предлагала решать этот вопрос на основе международного права. Речь шла о подписании СССР итогового документа результатов Венской встречи по вопросам безопасности и сотрудничества в Европе. Поскольку венские договоренности приобретали силу с момента их подписания, ЦК КПСС в январе 1989 предлагал соответствующим министерства и ведомства немедленно приступить к их реализации. В Законе СССР "О свободе совести и религиозных организациях" обусловливалась преимущество международных норм, подписанных СССР, над существующим государственным законодательством. В Украине новое положение о статусе иностранных граждан в том числе и религиозных деятелей, только разрабатывалось, поэтому действующими оставались нормы международного права. Механизм их реализации сводился к официальному оформлению временной государственной регистрации, которую иностранное духовенство получало в аппарате уполномоченного на основе просьбы религиозной общины [4, л. 15]. Например, в 1990-1991 гг такую ​​регистрациюполучили ксендзы Станислав Фирут, Вольдемар Тишко, Ежи Волынский, прибывшие согласно общин Довбиша, Бердичева и села Новая Боровая. Другие ксендзы - Ярослав Ольшевский и Вольдемар Лозинский, прибывших в Малин и Житомира, но не подали необходимых ходатайств от общин, такой регистрации не получили [4, л. 15]. Независимо от статуса пребывания или наличия или отсутствия регистрации, в большинстве случаев иностранное духовенство игнорировало действующее законодательство и осуществляло богослужения. Протестантские миссионеры открыто организовывали массовые богослужения, концерты, показ фильмов в залах различных культпросвитних заведений. За 1987-1989 гг в области с частным визитом находились семь ксендзов из Польши, которые совершали богослужения в костеле Житомира без согласования с местными органами власти. В течение сентября-октября 1988 ксендз из Польши Збигнев Шпигель такие богослужения в Житомире осуществлял систематически, игнорируя замечания аппарата уполномоченного [1, л. 20]. В октябре-ноябре 1989 г. двое неизвестных ксендзов совершали богослужения в селах Новый Завод и Зеленая Диброва Красноармейского района, которые не реагировали на замечания сельских советов [1, л. 21]. Примечательно, что во время разговора с уполномоченным ксендз Житомирского кафедрального костела Ян Пурвинский отказался назвать фамилии этих "неизвестных" ксендзов [1, л. 21]. Учитывая такую ​​ситуацию, уполномоченный Совета по делам религий в Житомирской области в ноябре 1989 обращался к высшему руководству с просьбой дать конкретные рекомендации по обеспечению соблюдения законодательства католическим духовенством и церковным активом, а также предлагал пригласить в Совет по делам религий при Совете Министров УССР ксендза Яна Пурвинского для разговора по этому вопросу [1, л. 23].

Отношение местных органов власти к религии и церкви - принципиально не изменилось и в последующие годы. В отчете уполномоченного о религиозной ситуации в области за 1991 г. отмечалось, что "аппарат уполномоченного вместе с гор (рай) исполкомами осуществляет мероприятия в рамках действующего законодательства с целью ограничить негативное влияние на религиозную ситуацию в области иностранных миссионеров" [4, л. 16].

Выводы. Таким образом, в конце "перестройки" государственно-церковные отношения получили довольно специфических черт. Во-первых, местные органы власти оказались не готовы быстро реагировать и эффективно решать проблемы, возникающие в процессе развития церковных инфраструктур, но они не могли игнорировать фактора общественно-политических и религиозно-общественных изменений, так регистрировали новые общины и открывали церкви. Во-вторых, развитие тенденций стихийного развертывания процесса религиозного возрождения, сопровождался активностью верующих до пренебрежения действующим законодательством, вызвал недовольство властей, привыкшая все контролировать. Поэтому на фоне общей либерализации государственной политики в отношении религии отчетливо проявлялись признаки напряженности в отношениях между властью и церковью регионального уровня. Эта напряженность, обусловленная различными двусторонними позициями в решении конкретных вопросов, характеризовала особенность государственно-церковных отношений 1989-1991 гг

Источники и литература

  1. Центральный государственный архив исполнительных органов власти и управления Украины (далее - ЦДАВО Украины), ф. 4648, оп. 7, д.. 443.
  2. ЦДАВО Украины, ф. 4648, оп. 7, д.. 448.
  3. ЦДАВО Украины, ф. 4648, оп. 7, д.. 537.
  4. Государственный архив Житомирской области, ф. 4994, оп. 2, д.. 93.
  5. Гуцул А. Оптимистическая история /А. Гуцул //Молодежь Украины. - 1988. - 4 авг.
  6. Жилюк С. И. Метаморфозы отношений КПУ и РПЦ от антагонизма к политическому партнерству (архивные документы и материалы) /С. И. Жилюк. - М.: Перспектива, 2006. - 174 с.
  7. Еленский В. Е. Религия после коммунизма. Религиозно-социальные изменения в процессе трансформации центрально-восточноевропейских обществ: фокус на Украине /В. Е. Еленский. - К.: НПУ им. М. П. Драгоманова, 2002. - 419 с.
  8. Калинин В. Налог на подаяния: Размышления над проектом закона о свободе совести и религиозных организациях /В. Калинин //Известия. - 1990. - 17 авг.
  9. О свободе совести и религиозных организациях //Известия. - 1990. - 10 окт.
  10. Об отношении ЦК Компартии Украины к религии, церкви, верующих, к использованию межцерковных конфликтов в политических целях (Резолюция Пленума ЦК Компартии Украины) //Сов. Украина. - 1990. - 29 нояб.
  11. Прием в Кремле. Речь Н. И. Рыжкова //Правда. - 1989. - 22 июля. 27-28 июля в Житомире прошли торжества, посвященные 1000-летию крещения Руси //Комсомольская звезда (Житомир). - 1988. - 4 авг



Пошук по ключовим словам схожих робіт: