Наукова бібліотека України

Останні надходження

Loading
СООТНОШЕНИЕ ПОЛИТИЧЕСКОЙ УЧАСТИЯ И ПОЛИТИЧЕСКОГО ФУНКЦИОНИРОВАНИЯ В ПОЛИТИЧЕСКОМ ПРОЦЕССЕ
статті - Наукові публікації

В статье рассматриваются вопросы соотношения категорий политического участия и политического функционирования в политическом процессе. При этом под политическим участием понимаются действия, предпринимаемые членами социально-политической общности на индивидуальной или групповой основе с целью оказать влияние на процесс формулировки или принятия политических решений, осуществление гос политики или выбор политических деятелей на любом уровне власти.

In the article the questions of correlation of political participation categories and political functioning in a political process are examined. Thus under political participation actions, undertaken by the members of socio-political community on individual or group basis on purpose to have influence on the process of formulation or acceptance of political decisions, realization of public policy or choice of political figures at any level of power are understood.

Описывая воздействие субъектов политического процесса на характер его протекания, его структурные и динамические свойства, нужно с необходимостью признать, что попытка проинтерпретировать политический процесс исключительно в терминах влияния государства (как центрального элемента политической системы) на общество, граждан и конкретные общественные отношения неоправданно теоретико-методологическим ограничением содержания этого понятия. В этом смысле можно вспомнить аргументы Г. Дашутина [1, 8], который раскрывая содержание понятия "гуманизации политического процесса", обосновывает, что моделью для целостного, объективного и всестороннего описания политического процесса является не односторонняя детерминационном схема "государство ^ общество ^ гражданин ", а модель взаимной корреляции и взаимовлияния всех субъектов политического процесса:" государство ^ общество ^ гражданин ". Кстати, о недопустимости определения политического процесса в терминах детерминации государством общественных отношений пишет Д. Бринкергофф, который обращает внимание на то, что в случае уделения должного внимания политическому участию (ее он понимает как санкционированный правовыми нормами влияние граждан и их объединений на государственной властей путем их формирования) мы наблюдаем постоянное повышение властных дифференциалов (т.е. увеличение различия между государственной властью и суверенной властью общества) и усиление государственно-властной экспансии [2; 127-128].

Если ключевым понятием для описания политического процесса (с точки зрения общей классификации субъектов политического процесса) является "взаимодействие", то в этом случае мы получаем достаточно веские теоретические основания для того, чтобы выделить два основных вектора политического процесса. Одним из них является влияние граждан и общества на функционирование органов государства (причем одной из форм этого влияния следует признать влияние общественного мнения на деятельность политических институтов [3; 102]), а другим - деятельность самих политических органов (которыми являются не только органы государственной власти , но и политические партии, так как они способствуют формированию и выражению политической воли граждан, артикуляции и структуризации их политических интересов, направленную на реализацию, содержание, подтверждения или получения политической власти.

Указанные два вектора политического процесса могут быть описаны благодаря таким двум понятиям как "политическое участие" и "политическое функционирование". Первое из них описывает как прямые, так и косвенные способы и механизмы влияния граждан на политическую власть (в этом смысле различие между политическим участием и политической социализацией заключается в том, что последняя является лишь "процессом приобщения к политической культуры и ее индивидуального восприятия" [4 , 60], тогда как первая представляет собой активную и целенаправленную политическую деятельность в основе которой лежит стремление реализации конкретных политических интересов). А второе - деятельность самих политических органов.

Однако анализируя соотношение политического участия и политического функционирования необходимо отметить два возможных методологические подходы, представленные в современной политической науке. В обоих случаях речь идет об определенном ограничении политического участия по сравнению с политическим функционированием.

Первая из этих моделей исходит из того, что в целом ряде политических систем мы сталкиваемся с феноменом обусловленности (или определенности) политического участия политическим функционированием. Есть первичным источником и одновременно руководителем политической активности выступает государство. Действительно, в подтверждение этого тезиса можно привести немало эмпирических данных. Но при этом нельзя забывать, что все эти данные мы будем находить исключительно в политических системах тоталитарного типа. Иначе говоря, подобная сплошная редукция политического участия в политической функционирования возможна только при тоталитарных политических режимов. Ведь одной из целей тоталитарной власти есть ничто иное как превращение политического процесса на управляемый и полностью подконтрольный властном центра административно-технологический процесс. Таким образом, хотя в некоторых случаях мы наблюдаем тенденцию к включению политического участия в политической функционирования, мы, тем не менее, не должны рассматривать ее как универсальную тенденцию присущую всем политическим системам и политическим процессам.

Другая модель соотношения политического участия и политического функционирования рассматривает их как равноценные, но не ривнозначущи стороны политического процесса. Для того, чтобы объяснить специфику этой интерпретации соотношение этих двух понятий целесообразно обратиться к классической шумпетерианськои модели политического процесса в условиях демократии. Напомним, что определяя политический процесс как постоянно продолжающийся взаимовлияние политических субъектов Шумпетер отрицал за гражданами возможность постоянно выступать субъектами этого политического процесса [5; 354-359]. Есть признавая единственнойформой участия граждан в политическом процессе выборы, он, тем самым, противопоставил непрерывности политического функционирования дискретность политического участия (в результате чего значение последней для политического процесса оказалось значительно меньше, чем роль политического функционирования).

Дело в том, что дискретная характеристика политического участия становится оправданной только в том случае если единственной формой политического участия мы считать периодические выборы. Однако, в реальности мы всегда наблюдаем значительно большее количество форм политического участия. в этом смысле мы имеем все основания для того, чтобы поддержать точку зрения Б. Гаевского, который отмечает, что помимо непосредственных форм политического участия (которыми являются выборы и референдум) существует еще "опосредованная" политическое участие, которая реализуется через участие в деятельности политических партий , различных союзов, объединений и т.д. [6, 57].

Таким образом, предоставляя освещение вопросам взаимодействия между политическим участием и политическим функционированием, мы должны рассматривать их как равные по значению составляющие политического процесса. В основе каждой из этих двух видов активности лежит установленная на общегосударственном уровне система законодательных актов, регулирующих как основные институты политического участия, так и процесс функционирования органов политической власти. Однако, политическое функционирование и политическое участие имеют два аспекта своего проявления: нормативно-институционализированных и неинституционализированных. Рассмотрим каждую из этих сфер с точки зрения двух вышеупомянутых аспектов.

Нормативно институционализирована политическое участие проявляет себя как совокупность политико-правовых институтов, позволяющих гражданам оказывать влияние на государственную власть. Это прежде всего такие институты как выборы, референдум, всенародные обсуждения, плебисцита. Практически каждая из этих форм политического участия имеет свое законодательное определение, которое сопровождается четким перечнем необходимых процедур, позволяющих народу путем собственного политического волеизъявления высказать свое мнение по той или иной общественной проблемы, того или иного политика, политического курса, политической программы и т.д.. Так, например, в Законе Украины "О всеукраинском и местных референдумах" от 3 июля 1991 [7] в. 1 определяет референдум как способ принятия гражданами Украины путем голосования законов Украины, других решений. в следующих статьях этого закона устанавливаются предмет всеукраинского и местного референдумов (так, например, согласно ст. 5 исключительно всеукраинским референдумом решается вопрос о реализации права народа Украины на самоопределение и вхождение Украины в государственных федеральных и конфедеративных образований или выход из них), принципы участия граждан в референдумах (ст. 7 указывает: а) во всеукраинском и местном референдумах имеют право участвовать граждане Украины, которые на день проведения референдума исполнилось 18 лет и постоянно проживают соответственно на территории Украины или области, района, города, района в городе, поселка, сельсовета б) любое прямое или косвенное ограничение прав граждан Украины на участие в референдуме в зависимости от происхождения, социального и имущественного положения, расовой и национальной принадлежности, пола, образования, языка, отношения к религии, политических взглядов, рода и характера занятий запрещаются в) граждане участвуют в референдуме на равных основаниях г) голосования на референдуме является тайным: контроль за волеизъявлением граждан не допускается), основы подготовки и проведения референдумов, порядок назначения референдумов, подготовка проведения референдумов, порядок голосования и определения итогов референдума и т.д. .

Понятно, что указанная форма политического участия имеет дискретный характер, поскольку а ни выборы, ни референдумы не проводятся постоянно. В этом смысле граждане становятся участниками политического процесса лишь время от времени. Однако, кроме нормативно-институционализированной формы политического участия политический процесс включает в себя то, что можно определить понятием "неинституционализированных политического участия", которая уже не дискретный, а постоянный характер. Под этим понятием подразумевается продолжающаяся политическая активность граждан, проявляется как совокупность индивидуальный политических действий направленных на поддержку того или иного политического субъекта. В случае если речь идет о политическом участии, такими действиями можно считать членство в партии и выполнения определенных партийных задач, участие в агитационных мероприятиях, митингах, манифестациях, пикетированиях, привлечение к политическому участию других граждан, проведение информационной политической работы, юридически значимые действия по отношению к органов государственной власти (прежде всего обращение к органам судебной власти), и т. д. Понятно, что подавляющее число из этих действий также имеют свою законодательную основу. Скажем, право на забастовку или на проведение митингов является конституционным правом человека и гражданина (напомним, что он закреплен ст. 20 Всеобщей декларации прав человека [8; 42], а также ст. 21 Международного пакта о гражданских и политических правах). Есть нет закона или системы правовых актов, которые бы устанавливали четкий порядок проведения митингов, перечень вопросов по поводу которых их можно организовывать подобное. В этом смысле единственное требование к митингам заключается в том, чтобы они не нарушали общественный порядок и не угрожали общественной безопасности.

Так же институционализированных и неинституционализированных аспекты мы можем выделить и в процессе политического функционирования. В данном случае институционализированных аспект отражен в системы нормативно-правовых актов, определяющих порядок организации и деятельности, компетенцию, полномочия, принципы, цели органов государственной власти, а также регулируют вопросы подбора и расстановки кадров, принятия решений, организации реализации этих решений и системы контроля по их выполнению и т.д.. В ряде случаев таким нормативно-правовым актом может выступать Конституция. Скажем, в. 85 Конституции Украины перечисляет среди полномочий Верховной

Рады Украины: внесение изменений в Конституцию Украины в пределах и порядке, предусмотренных разделом XIII Конституции, принятие законов; утверждение Государственного бюджета Украины и внесение в него, контроль за исполнением Государственного бюджета Украины, принятие решения по отчету о его исполнении, определение основ внутренней и внешней политики; утверждение общегосударственных программ экономического, научно-технического, социального, национально-культурного развития, охраны окружающей среды, назначение выборов Президента Украины; заслушивание ежегодных и внеочередных посланий Президента Украины о внутреннем и внешнем положении Украины; объявление по представлению Президента Украины состояния войны и заключение мира, одобрение решения Президента Украины об использовании Вооруженных Сил Украины и других воинских формирований в случае вооруженной агрессии против Украины; рассмотрение и принятие решения по одобрению Программы деятельности Кабинета Министров Украины, осуществление контроля за деятельностью Кабинета Министров Украины, и т. д. [9; 32-33].

Что касается неинстуционализованого политического функционирования, то можно привести пример политического лидерства (недаром даже в определениях политического лидерства практически всегда указывается на его неформальный аспект. Ведь политический лидер (например, президент), действуя как государственное должностное лицо, выполняет целый ряд действий и функций, которые не закреплены на нормативно-правовом уровне, но которые имеют важное значение для формирования и обеспечения целостности политического пространства в стране.

Таким образом, подводя итог этой статьи, определим соотношение понятий "политическое участие" и "политическое функционирование" как два вектора целостного политического процесса, который может быть рассмотрен как со стороны общества, так и со стороны государства (как основных субъектов политического процесса). При этом базой для эффективного взаимодействия двух векторов политического процесса является наличие развитой нормативно-правовой базы, регламентирующей основные цели, принципы, механизмы и способы политического участия и политического функционирования. Что же касается самой нормативно-правовой базы, то ее фундаментальная идея может быть описана как философия цивилизованного партнерства.

В этом смысле описывая политический процесс в современной Украине можно указать на недостаточную нормативную определенность как политического участия, так и политического функционирования. Относительно первого из указанных понятий, то в этом смысле достаточно вспомнить хотя бы судьбу решений всеукраинского референдума 16 апреля 2000 (политико-правовые аспекты проведения самого референдума, которые до сегодняшнего дня выступают своеобразной

разменной монетой в борьбе различных политических элит, но отнюдь не проявлением всенародной политической воли. Тоже самое касается и политического функционирования, поскольку буксования государственно-правовой реформы и замедление темпов административной реформы, имеет своим следствием сохранение неопределенности в деятельности отдельных органов государственной власти.

Литература:

Дашутин Г.П. Гуманизация политического процесса как цель и средство модернизации Украины. Автореферат диссертации на соискание ученой степени кандидата политических наук. Специальность 12 - политические институты и процессы. - K., 2002. - 16 с.

Бодуэн Ж. Введение в политологию. - K.: Основы, 1995. - 175 с.

Лапкин В.В., Пантин В.И. Общественное мнение и изменение политических институтов в России и на Западе //Политические институты на рубеже тысячелетий. - Дубна: ООО "Феникс +", 2001. - С. 100-135.

Ажаев В.С. Канада: тенденции социально-политического развития. - М.: ИНИОН РАН, 2001. - 84 с.

Шумпетер И. А. Капитализм, социализм и демократия. - М.: Экономика, 1995. - 540 с.

Гаевский Б.А. Современная украинская политология. - K.: Юристъ, 1999. - 268 с.

Закон Украины "О всеукраинском и местных референдумах" от 3.07.1991 p. //Ведомости Верховной Рады Украины. - 1991. - № 33. - Ст. 443.

Конституция Украины: Принята на пятой сессии Верховной Рады Украины 28 июн. 1996 p. - K.: Пресса Украины, 1997. - 80с.