Наукова бібліотека України

Останні надходження

Loading
РЕАЛИЗАЦИЯ ПРАВ НАЦИОНАЛЬНЫХ МЕНЬШИНСТВ (ГРЕКОВ, БОЛГАР и армянами) НА ВЕРОИСПОВЕДАНИЕ НА ЮГЕ РОССИЙСКОЙ ИМПЕРИИ
статті - Наукові публікації

В статье проанализированы особенности создания нормативноправовой базы и ее практического применения в отношении прав национальных меньшинств (греков, болгар, армян) в области вероисповедания.

Characteristic features of drafting the normative-legal basis concerning national minorities rights (the rights of the Greek, Bulgarian, Armenian) in the areas of religion.

Изначально XVIII в. Российское государство формируется как абсолютная монархия, перебирая на себя в том числе и функции церкви. Как отмечал протоиерей Георгий Флоровский, "Государство утверждает себя самое, как единственный, безусловные и всеобъемлющим источник всех полномочий, и всякого законодательства, и всякой деятельности или творчества. Все должно стать и быть государственным, и только государственное попускается и допускается впредь. В Церкви не остается и НЕ оставляется самостоятельного и независимого круга дел, - ибо государство все дела Считает своими. И всего менее у Церкви остается власть, ибо государство чувствует и Считает себя абсолютным'' '[1].

Законодательное оформление новой системы церковно-государственных отношений внедряется в России в контексте петровских реформ, в виде "Духовного Регламента" [1].

высшей административной и судебной инстанцией русской православной церкви с 1721 г. был "Святейший Правительствующий Синод". Ему принадлежало право открытия новых кафедр, избрания архиереев и надзор за выполнением церковных законов всеми членами церкви и за духовным просвещением народа. Вместе Синод был органом канонического общения с автокефальной православной церкви и с Вселенским православием.

Православная церковь пользовалась поддержкой государства в новоприсоединенных землях, к которым принадлежала в том числе и Южная Украина вместе с городом Одесса. Об этом свидетельствует, например, Указ Синода от 4 августа 1799 на основании Именного от 31 июля 1799 «Об учреждении Соборных церквей в Некоторых городах на денежном оклада; об ассигнования суммы на жалование Священно и церковнослужителям оных церквей и о перемене назван епархий для единообразных по званию тех губерний, в коих кафедры их состоят »[2].

Здесь говорится: «. Синод Рассуждая как в знатности и обширности Некоторых из приобретенных от Порты Оттоманской городов, так и в том, что в оных населены народы других законов, кроме тех, кои содержат православную Грекороссийского исповедания веру, и что в Тамошние края. существует знатная купеческая коммерция, признает за приличное и нужное, чтоб в каждом из оных 8 городов, учреди по одной соборной церкви с произвождением денежной суммы ... »[2]. Среди других городов названы и Одессу.

Православная церковь была господствующей в иерархии конфессий Российской империи. Согласно этому, как уже отмечалось, формировалось правовое положение национальных общин («национальных меньшинств») православного вероисповедания в части религиозной. На территории Одессы и окружающего региона такие общины были представлены греками и болгарами.

Право греческого национального меньшинства на свободу вероисповедания упоминается в именных указах и положениях. Так, в именном указе, который был предоставлен Екатеринославском и Таврическом генерал-губернатору графу П. А. Зубову «Об устроениы селения единоверных народов в городе Одессе и окрестностях оного» (где речь шла в том числе и о переселении греков и формирование из них дивизиона) , отмечалось: «Когда число переселенцев сих прибудет до 57, то построить для них особую церковь, в которой бы Богослужение отправлялось на природном их языке, употребить на оную из казны 2000 руб. без возврата »[3].

Из рапорта Екатеринославского военного губернатора генерал-лейтенанта Н. Бердяева Павлу И от 12 апреля 1797 следует, что греки составляли в то время более 15% населения города [4]. А. А. Скальковский отмечает, что, в 1805 Одесское Греческое общество предоставило Герцогу А. Э. Де-Ришелье акт, в котором обязывалось добровольно, для сооружения Греческой церкви вносить от всякой четверти пшеницы, что продается за границу, 2 , 5 копейки [5].

В 1807 г. средствами греческой общины была построена Свято-Троицкая церковь. Позже были построены церкви Св. Николая и Св. Ариадны при греческом приюте для престарелых.

Таким образом, прошло относительно немного времени между введением греческих поселений и реализацией декларируемого права на свободу вероисповедания. Кроме того, следует подчеркнуть, что на строительство церкви для греческого общества были выделены деньги из казны, без необходимости их возврата, свидетельствовало о заинтересованности правительства в греческом населении и о содействии так называемым «единоверцам».

Представители болгарского национального меньшинства в пределах Одессы группировались вокруг уже упоминавшегося «настоятельства одесских болгар, собирающий пожертвования по империи для бедных болгарских православных церквей и училищ». Среди его программных положений, изложенных в «Временной инструкции», которая была получена от Синода в 1860 г., отмечалось, что задачами болгарского благотворительного общества является в том числе ». Снабжать всем необходимым православные церкви; заботиться о образовании священнослужителей и учителей для болгар" [6].

Без препятствования открывались и православные церкви в болгарских колониях. Здесь стоит отметить, что одесские болгары-эмигранты, солидарно с балканской метрополией, требовали их отделения от Константинополя в виде автокефалии. Официальная политика Российской империи в этом направлении была нечеткой: с одной стороны имперское правительство пытался сдерживать «чрезмерные требования» болгар, чтобы не портить отношений с греками, с др.шего - отрыв части паствы от Константинопольского патриархата был на пользу Российской империи [7]. Исходя из этого, проводилась политика лавирования между болгарами и греками. На фоне греко-болгарских разногласий в конфессиональном плане, церкви, открывались в болгарских колониях, изначально были ориентированы не на Константинополь, а на Москву.

Последнее вытекало из общего контекста российской политики в отношении представителей нерусских народов и позволяло гораздо лучше контролировать, в том числе и в конфессиональном плане, население болгарских колоний.

По объему прав и привилегий, с одной стороны и различных ограничений - с другой, все существующие (признаны) на территории Российской империи религии составляли определенную иерархическую структуру. Конфессиональная ситуация, существовавшая в XIX в. на территории и вокруг Одессы не была исключением из этого правила. После господствующей Православной, определенными льготами здесь пользовались другие христианские церкви: протестантские - Лютеранская и реформатская; Армяно-Григорианская; Римско-Католическая. После христианских церквей следующую позицию в иерархии занимали магометане, последними были иудеи.

Как уже было отмечено, после господствующей православной, определенными льготами в империи пользовались другие христианские церкви, в частности, Армяно-Григорианская, верными которой в Одессе были почти все армяне.

В правление Екатерины Второй устанавливаются прямые контакты между патриаршим престолом в Эчмиадзине и российским императорским двором. В 1768 г. Верховный патриарх-католикос Симеон направил посольство в Санкт-Петербург, а в 1773 г. был введен русский епархия Армянской апостольской церкви; средоточие ее был на территории Ростова-на-Дону [8].

Армяне составляли определенную часть населения города Одессы в начале ее существования. Армяно-католический архимандрит отец Минос Бжшкянц, который посетил Одессу в начале XIX в., Отмечал: «Армяне живут в южной части города, их около 30-ти семей, переселившихся из Григориополя, но не имеют отдельной церкви и богослужения проводят в домах» [9].

В 1823 г. одесские армяне подали ходатайство одесскому градоначальнику графу Гурьеву по строительству собственной церкви. Выяснилось, что место, где хлопотала армянская община, принадлежит Одесской городской думе. В 1824 г. Одесская городская дума направила в Строительного комитета письмо: «Место, состоящее близ Вольного рынка, об уступке которого просит армянское общество для сооружения церкви, есть действительно общественное предположение к постройке дома для второй части города, почему Городская Дума и быть не может согласиться на уступку этому обществу ». Таким образом, в этот период армянская церковь не состоялась.

Приказом от 4 июля 1823 члены общины в духовной части были переданы в ведение Григориопольского духовного правления. Богослужения происходили в наемном помещении (частном доме).

В 1839 г. армянский архиепископ Нерсес обратился с ходатайством к П. И. Федорова, который находился на посту Новороссийского и Бессарабского генерал-губернатора об утверждении фасада молитвенного дома.

Начало строительства указанного дома на улице Базарной вызвал непонимание у архиепископа Херсонского и Таврического Гавриила. Он обратился к городской полиции через Херсонскую духовную консисторию с требованием сообщить о новой здание. Узнав о молитвенный дом, Гавриил в письме графу М. С. Воронцову отмечает, ссылаясь на свод законов, что строительство является незаконным. Армянский архиепископ Нерсес отрицает эти обвинения, ссылаясь на Полное Собрание Законов Российской империи где отмечалось: «К курса действий Эчмиадзинский армяно-григорианского Синода по части распределения принадлежит Предварительное рассмотрение дел об учреждении монастырей, церквей, семинаров и испроше-ние на них через главноуправляющего Грузией , Кавказский и Закавказкою областями и Министерства Внутренних Дел, Высочайшего разрешения »[10].

В 1840 г. строительство было сначала запрещено, а затем снова восстановлено, однако без разрешения ставить крест на доме. Последнее действие власти (запрет креста) вызвала недоразумение в армянской общины. Архиепископ Нерсес отмечал в письме к графу М. С. Воронцова: «. По существованию молитвенного дома не в ограде, а на улице, то во возвышение святости его, воздержание от неприличия проходящих позволит воздвигнуть на молитвенно доме крест в честь, в чем-то по-моему не обязано быть препятствия, ибо знак креста находится на молитвенных домах католиков, лютеранцев. »[10].

Право построить крест армянская община получила в 1844, обращаясь для этого в различные инстанции, даже в МВД. Таким образом, с 1845 указанный дом является уже не молитвенным домом, а церковью, посвященной Св. Григорию просветителя Армении. Она находилась в ведении главы Нахичевань-Бессарабской армяно-григорианской епархии.

Члены армянской общины по духовной части сначала были покорены духовной правлению города Карасу-Базар. Впоследствии, из-за бездействия Карасу-Базарский духовенства, постановлением епархиального главы отца Ованеса от 4 июля 1823 одесское армянское общество было передано в ведомство Григориопольского духовного правления. В 1884 г. армянская церковь была перестроена и имела колокольню [10].

При каждой армянской церкви должен был находиться ктитор или староста. Он избирался на три года из числа почетных верующих. В его обязанности входило руководство церковным имуществом, доходами, построение и ремонт церквей тощв. Ктитор разрешалось производство и продажа свечей не только своим прихожанам, но и всем армянам.

Церковную лавку разрешалось иметь рядом с армянской церковью, но только с разрешения высшего руководства города и при этом на определенном расстоянии от храмов, русской православной церкви. Кроме этого, с целью предотвращения трудностям при продаже свечей, Патриарху Католикосу Всех Армян было предоставлено право устанавливать различие между свечами, которые использовались Армянской Апостольской и Православной церквями [10].

Доходы, которые получала церковь, могли быть: 1) постоянные, определялись от прихода при получении должности, 2) предоставление, что приобретались за выполнение духовных потребностей 3) добровольные приношения. Предоставление по потребности определялись следующие: за молитву роженицы - 10 коп. серебром, крещение младенца - 20 коп. серебром, за свадьбу - 40 коп. Священникам армянской апостольской церкви запрещалось требовать превышающую определенную сумму, а также отказывать в осуществлении обряды в случае неуплаты. При каждой армянской церкви должен был быть описание всего недвижимого имущества, церковной образовании, других вещей и денег, всех доходов [10].

Церковь занималась делами церковно-приходского училища для детей армян; в Одессе был также создан церковно-приходское попечительство для бедных прихожан-армян [10]. Это общество ставило своей целью оказывать помощь бедным прихожанам-армянам в необходимых случаях, а также предоставлять ежемесячные денежные пособия тем из армян, кто этого больше всего нуждался [10]. Например, в 1910 году церковным попечительством было предоставлено денежных пособий на сумму 863 руб. 85 коп. На эти средства дети членов армянской общины получали полноценное среднее и высшее образование в частных и государственных учебных заведениях [10].

Таким образом можно отметить, что армянская церковь ждала своего открытия почти 25 лет с момента первого ходатайства армянской общины о ее строительстве. Как и другие «инославные» церкви, она должна строиться за счет самих прихожан без государственной помощи. Кроме этого, Российское правительство через местные власти всячески препятствовал строительству и даже оказывал оскорбительный разрешение строить церковь без креста. Показательно также разрешение на строительство церковной лавки для армян на определенном расстоянии от православной церкви - правительство заботился об отсутствии конкуренции и, таким образом заботился о поддержании доходов официальной конфессии.

Литература

Флоровский Г. Пути русского богословия /Пред. И. Мейен-Дорфа. - 3-е Изд. - Париж: YMCA - PRESS, 1983. - 599 с.

Синодский вследствие именно: Об учреждении Соборных церквей в Некоторых городах на денежном оклада; об ассигнования суммы на жалование Священно и церковнослужителям оных церквей и о перемене назван епархий для единообразных по званию тех губерний, в коих кафедры их состоят //ПСЗРИ. - СПб., 1830. - Собр. И. - Т. ХХУ. - № 19070. - От 4 августа 1799 г. - С. 750-754.

Именной, данный Екатеринославского и Таврического генерал-Губернатору Графу Зубову: О устроениы селения единоверных народов в городе Одессе и окрестностях оного //ПСЗРИ. - СПб., 1830. - Собр. И. - Т. ХХХИИИ. - № 17320 от 19 апреля 1795 г. - С. 686-688.

Пряхин Ю.Д. Греческие воинские формирования в истории Одессы: причины создания, структура, решаемые задачи //Одессе - 200: Тез. междунар. наук. -Практ. конф. (Г. Одесса, 6-8 сентября 1994 г.). - Ч. 1. - М.: б. и., 1994. - С. 129-131.

Скальковский А.А. Первое тридцатилетие города Одессы. 1793-1823. - Одесса: Городская типография, 1837. - 296 с.

Гребцова И. С. Болгарское настоятельство в системе национальных благотворительных обществ Одессы 2-й половины ХИХв.: Сравнительная характеристика источниковой базы //Украина и Болгария: вехи исторической дружбы: Матер. междунар. конф., посвященной 120-летию освобождения Болгарии от османского ига (Одесса, 29 - 31 октября 1998). - Одесса, 1999. - С. 161-168.

Забунов И.Д. Болгары Юга России и национальное Болгарское возрождение в 50 - семидесятых гг. ХХ в. - Кишинев: "Штиинца", 1981. - 160 с.

Законодательство Екатерины II в.: В 2 Т. - М.: Изд-во Юрид. лит., 2000. - Т. И. - 1040 с.

Меликсет - Беков Л.М. Из материалов для истории армян на юге России. - Одесса: "Славянская" типогр., 1911. - 14 с.

Давтян Д.А. История Храма Св. Григория Просветителя армянское Апостольской церкви в Одессе. - Одесса: Студия "Негоциант", 2004. - 108 с.