Наукова бібліотека України

Останні надходження

Loading
СУЩНОСТЬ НАДЕЖНОСТИ доказательств в уголовном судопроизводстве
статті - Наукові публікації

Нарбикова Н.Г., ОГАУ Стоянов Н. М., ОНЮА

Статья посвящена оценке природы и значения философской категории достоверности в уголовном процессе. Авторы в своем исследовании опираются на классическую теорию доказательств, подвергают анализу законодательство Украины и Российской Федерации.

The article is dedicated to nature evaluation and meaning of such philosophical category as authenticity in criminal procedures. Authors, in their research, rely on classical theory of evidence, exposing Ukrainian legislation and legislation of Russian Federation to analysis.

общепринятым является то, что целью доказывания по уголовным делам является достижение истины, установления обстоятельств общественно опасного деяния в точном соответствии с объективной действительностью. Истина в уголовном деле выражается в философской категории достоверности, что представляет собой основу принятия итоговых процессуальных решений. Проблема достоверности доказательств в уголовном судопроизводстве традиционно занимает видное место в работах ученых-процессуалистов. Следует отметить, что вопросам определения сущности уголовно-процессуальной достоверности занимались такие специалисты как В. Д. Арсеньев, Р. С. Белкин, Н. А. Громов, С. С. Зинатулин, Ю.В. Кореневський, П.А. Лупинская , Я. А. Мотовиловкер, Ю.К. Орлов, М.С. Строгович, Ф.Н. Фаткулин, М.А. Чельцов и др.. Однако, правовой природы и значения достоверности сведений по уголовному делу остается дискуссионным.

Целью этой статьи является анализ действующего уголовно-процессуального законодательства Украины и Российской Федерации (далее - РФ), классической теории доказательств, выработки на основе выводов единого подхода к оценке доказательств в уголовном процессе.

Усовершенствованные постулаты теории доказательств, изменение идеологии доказывания дают основания выделять два методологических подхода к определению сущности и природы достоверности доказательств: научно-теоретический, основан на положениях классической теории доказательств в уголовном процессе, а также герменевтический, предусматривающий толкование (интерпретацию) текста соответствующих уголовно-процессуальных норм.

Вопрос об определении уголовно-процессуальной природы философской категории достоверности находится в неразрывной связи с нормативным и научным определением доказательств, а также применяемым относительно признаков сведений о фактах термином "свойство".

Под "свойством" понимается качество, признак, представляющий отличительную черту чего-либо [1, 638]. То есть, свойствами доказательства есть такие неотъемлемые его признаки, при наличии которых определенные сведения приобретают качество доказательства и, наоборот, при отсутствии хотя бы одного из них сведения не имеют доказательственного значения.

На наш взгляд, легальное определение доказательств представляет собой основу для определения свойств доказательств. Согласно ч. 1 ст. 65 УПК Украины доказательствами по уголовному делу всякие фактические данные, на основании которых в определенном законом порядке орган дознания, следователь и суд устанавливают наличие или отсутствие общественно опасного деяния, виновность лица, совершившего это деяние, и иные обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения дела. Используемый законодателем относительно данных о фактах преступного покушения термин «фактичность», то есть соответствие действительности, также дал основание некоторым процессуалистов говорить о достоверности как свойство [2, 210].

В контексте сказанного, необходимо отметить, что действующий УПК РФ для характеристики доказательств использует уже термин «сведения», а не словосочетание «фактические данные», которое употреблялось для определения доказательств в бывшем уголовно-процессуальном законе. Так, ст. 74 УПК РФ определяет доказательства по уголовному делу как любые сведения, на основе которых суд, прокурор, следователь, узнаем-тель в порядке, определенном УПК, устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, подлежащих доказыванию при производстве по уголовному делу, а также другие обстоятельства, имеющие значение для уголовного дела. Таким образом, доказательства не рассматриваются как безусловно достоверные сведения. Иначе говоря, достоверность указанных сведений не является необходимым признаком доказательства - информация, содержащаяся в доказательстве, может указывать на обстоятельства в деле также и с вероятностью. Как считает А. Смирнов [3, 365], вывод о достоверности этих сведений может быть предоставлен только при окончательной (итоговой) оценке определенной совокупности доказательств. Позицию А.В. Смирнова поддерживают также и другие ученые [4, 41]. Применительно к каждому отдельному доказательства, рассматриваемого изолированно от других, стоит говорить не о том, что он устанавливает обстоятельства по делу (это было бы слишком категоричным утверждением), а о том, что доказательство направлен на их установку и только в совокупности с другими доказательствами может их устанавливать. Подобная позиция представляется обоснованной.

Сведения об обстоятельствах, входящих в предмет доказывания, образуют содержание доказательств. При этом статус доказательства имеет не только достоверная информация об обстоятельствах дела, на основании которой формулируются окончательные выводы, но любые сведения о существенных для дела факты, полученные законным путем в процессе производства по делу.

Кроме того, согласно ст. 88 УПК РФ каждый доказательство подлежит оценке с точки зрения относимости, допустимости, достоверности, а все собранные доказательства в совокупности - достаточности для разрешения уголовного дела. Приведенная норма трактуется некоторыми специалистами как нормативное закрепление свойств доказательств, отнесение достоверности в их число.

Уместно в данном случае является определение категории «свойство» применительно к доказательств. Представляется правильным говорить о свойстве как о неотъемлемой признак определенного объявлений?? Ща. Как указывает А.И. Уемов, свойства в их отношении к вещам подразделяются на две группы. Свойства одной группы образуют границу данной вещи, потому что с исчезновением их данная вещь превращается в другую, их А. И. Уемов именует качествами вещи. Таким образом, качество - это существенное свойство. Свойства другой группы, не определяют границы определенной вещи, он называет просто свойствами [5, 89].

В процессе доказывания употребление понятия «свойство» возможно, по нашему мнению, лишь до тех признаков сведений о фактах, которые являются неотъемлемыми от сущности феномена доказательства. Относительно других признаков приемлемым является применение термина «характеристика». Таким образом, представляется правильным говорить о достоверности как критерий оценки уже имеющегося доказательства, обладающий свойствами принадлежности и допустимости, в случае подтверждения заключения о соответствии действительности полученных сведений в совокупности с другими доказательствами по делу.

Анализ действующего украинского законодательства позволяет говорить о том, что в нормах уголовно-процессуального закона достоверность доказательств прямо или косвенно названа лишь дважды - в ст. ст. 334 и 374 УПК Украины. В соответствии со ст. 334 УПК Украины в приговоре приводятся «доказательства, на которых основаны выводы суда, и мотивы, по которым суд отверг другие доказательства», а в оправдательном приговоре приводятся мотивы, объясняющие, «почему суд отвергает доказательства, на которых было основано обвинение».

Представляется обоснованной позиция тех авторов [6, 231], которые считают, что основанием, по которому суд отвергает доказательства, выступает недостоверность, то есть их несоответствие объективной действительности. Кроме того, нельзя не согласиться с тем фактом, что действующее уголовно-процессуальное законодательство Украины называет доказательствами как достоверные, так и недостоверные сведения об обстоятельствах общественно опасного посягательства.

Но наведения доводов относительно того, что вывод о достоверности тех или иных сведений, полученных в ходе расследования или рассмотрения уголовного дела, может неоднократно изменяться и, как следствие, влиять на потерю сведениями об обстоятельствах предмета доказывания доказательственного значения, кажется не совсем верным. Также предоставляет убедительности приведенной позиции тезис о необязательности для суда, например, результатов оценки доказательств органом дознания, следователем или прокурором.

Проводя аналогию с принадлежностью и допустимостью, следует отметить, что оценка доказательств по указанным критериям субъектом, в производстве которого находится уголовное деле, не обрекает аналогичного решения определенного вопроса лицом, ведущим уголовный процесс в последующих стадиях. Возможность изменения результата оценки собранных доказательств по разным критериям на различных стадиях или различными субъектами не может выступать основанием для решения вопроса о признании за доказательствами свойства достоверности или отрицание такого.

Кроме этого, стоит отметить, что имеет место позиция, согласно которой в уголовном процессе действует принцип «презумпции достоверности доказательства», то есть собранный по уголовному делу доказательства считается достоверным, пока не будет установлено обратное - недостоверность конкретного доказательства. Именно такой подход, по мнению В. Деева, позволил бы решить разногласие, когда, с одной стороны, достоверность или недостоверность доказательств устанавливается на основании совокупности других доказательств, а это означает, что на начальном этапе исследования свойств фактических данных имеется определенная их совокупность и достоверность первого доказательства из этой совокупности определить невозможно, поскольку в таком случае его достоверность устанавливалась бы на основании совокупности других фактических данных, достоверность которых еще не установлена, а с другой стороны, необходимость получения достоверных выводов по делу требует использовать для обоснования истинности определенного решения именно достоверные фактические данные [7, 8]. Однако такой подход не представляется верным. Так в деле часто содержатся данные, полученные с показаний свидетеля, потерпевшего, обвиняемого, которые противоречат друг другу. Руководствуясь позицией М.В. Деева, указанные доказательства будут признаны достоверными, что противоречит уже законам формальной логики - два противоречащих друг другом тезисы не могут быть одновременно верными.

Таким образом, достоверность не является свойством доказательства, а выступает критерием оценки уже имеющегося доказательства (надлежащего и допустимого). Критерий достоверности используется правоприменитель при оценке отдельном доказательства и их совокупности (системы). Оценка достоверности отдельного доказательства, как правило, носит предварительный характер. Появление новых доказательств может коренным образом изменить оценку достоверности сведений, содержащихся в доказательство. Кроме того, проверка доказательства включает не только оценку правдоподобия и непротиворечивости фактических данных, но и сопоставление этих данных с уже имеющимися доказательствами.

Литература

Ожегов С.И. Толковый словарь русского языка. - М., 1995.

Особенности доказывания в судопроизводстве: Научно-практическое пособие. /Под ред. д. ю. н., проф. А. А. Власова. - М.: Издательство «Экзамен», 2004.

Смирнов А.В., Калиновский К.Б. Уголовный процесс: Учебник для вузов /Под общ. ред. А.В. Смирнова. - СПб.: Питер, 2004.

Шейфер С.А. Нуждается ли в пересмотре традиционное представление о доказывании? «Правовые формы и эффективность доказывания по уголовным делам, Межвузовский сборник научных статей» - Издательство Самарский университет, 1996.

Уемов А. И. Системный подход и общая теория систем. - М.: «Мысль», 1978.

Уголовно-процессуальный кодекс Украины. Научнопрактический комментарий /Под общ. ред. В.Т. Маляренко, Ю.П. Аленина. - М.: ООО «Одиссей», 2005.

Деев М. В. Достаточность доказательств в уголовном процессе Украины: автореф. канд. дис. - М., 2008.